Военные специалисты
EnglishРусский中文(简体)FrançaisEspañol
 Edit Translation

XX съезд Коммунистической партии Китая: итоги и последствия

XX съезд Коммунистической партии Китая: итоги и последствия

Завершился XX съезд КПК, оставив после себя информационную пустоту, заряженную многочисленными ожиданиями записных аналитиков, экспертов, публицистов и конспирологов. Си Цзиньпин всё ещё во главе партии, Китай всё ещё идёт по своему социалистическому пути, все раннее обозначенные цели и планы утверждены. Даже про Тайвань сказано всё то же самое. Ничего нового, абсолютная скука.Поэтому падкие на жареное журналисты и блогеры сфокусировали всё внимание на одном единственном эпизоде покидания Ху Цзиньтао церемонии закрытия съезда. Какие только домыслы не пошли в ход: и что это была специальная демонстрация убедительности победы Си, и что таким образом Си предотвратил некий заговор, и что это срежиссированный спектакль в стиле древнекитайского символизма, в котором пожилой Ху играет роль дряхлеющих США. Короче, раздолье для писателей, активность которых завязана на клики и лайки.По сути же дела, если бы этот конфуз имел политический смысл и значение, то мы бы об этом обязательно узнали. А подковёрная борьба не ведётся под прицелом телекамер. Тем более те, кто следит за мероприятиями КПК, знает, что Ху Цзиньтао уже давно физически немощен и часто выглядит дезориентированным. Кстати, он присутствовал на съезде не как избранный делегат, а как почётный. И его несколько раз крупным планом показывали в трансляции на китайском ТВ, которую добровольно-принудительно смотрели миллионы китайцев по всей стране. Поэтому вполне разумной выглядит официальная версия, что Ху Цзиньтао покинул церемонию по медицинским причинам. Другое дело, что сделал это он не добровольно и, видимо, по требованию Си Цзиньпина, но и такие ситуации бывают со стариками. Короче говоря, план организаторов мероприятий съезда усилить церемониальную часть фигурой уважаемого старца с треском провалился. Но вряд ли из этого имеет смысл высасывать какой-то политический скандал. Тем более история КПК имеет действительно скандальные страницы, вспомнить хотя бы историю с Линь Бяо или недавний смертный приговор бывшему министру юстиции Фу Чжэнхуа.Кстати, Ху Цзиньтао как теоретик и практик партийного и государственного управления лично мне представляется даже более интересным, чем Си Цзиньпин. Именно Ху начал достаточно резкое сворачивание либерализации Китая, допущенной при Цзян Цзэмине, причём делал это с достаточно весомым идеологическим обоснованием. В данном случае Си Цзиньпин продолжает и углубляет линию самого Ху. Поэтому если отстраниться от надуманной «элитологии» китаистов, которые на коленке выдумывают различные фракции и кланы в руководстве КПК, идейно и политически курс Си является закономерным продолжением курса Ху. В докладе Си Цзиньпина нет ничего, что бы противоречило позиции его предшественника. Ну а предполагать, что дезориентированный, пожилой Ху участвует в расстановке кадров и поэтому был удалён со съезда, по-моему, в высшей степени надуманно.Все китаисты, как западные, так и восточные, в своей аналитике съезда предметом делают всё что угодно, только не идеологическое содержание его докладов и резолюций. Они отрицают идеологию КПК как демагогию, подобно тому как серьёзные политологи при исследовании западных демократий не придают сущностного значения программам партий или предвыборным обещаниям кандидатов. То есть китаисты методологически исходят из принципов господствующей в их странах политической культуры, тогда как система партийной власти в КНР по характеру её осуществления значительно отличается от западной. Здесь каждое идейное движение в решениях съезда играет большую роль, претворяется в политике и реализуется в экономике. Самый радикальный вариант подобной литературы демонстрируют, конечно, профильные антикапэкашные издания. Так, «Азия таймс», например, учит: «Идеологически ослепленные западные аналитики и официальные лица постоянно упускают главное. Китайское государство — наименее идеологизированное, самое безжалостно прагматичное образование в мире».Если кратко определить разницу между системами западной демократии и «восточного» социализма, то в первом случае в политических процессах доминируют скрытые экономические пружины, а во втором, наоборот, внешние, достаточно пространные политические идеи. На Западе, если говорить о действительно независимых странах, решающую роль играют экономические интересы, выгодоприобретатели от политических решений, а в Китае — идейные установки правящей партии. При социализме политическая сфера превалирует над экономической, а ключевое понятие политической целесообразности наполнено идеологическими установками. Экономические интересы, карьерные дрязги, конечно, тоже играют свою роль, но в рамках системы доминирования идеологии. Как только в социалистических государствах экономика ставится выше политики и идеологии, они разваливаются. Потому что вся конструкция власти в них завязана не на выражение воли, интересов, мнений и позиций тех или иных слоёв общества, а на политику конкретной партийной организации, которая объявляет себя авангардом трудового народа. Социалистическая конструкция власти не может себе позволить экономического самотёка.Так что безжалостно прагматичными, лицемерными и циничными являются скорее западные государства, и в них политики часто обещают одно, а делают другое. Можно сколько угодно критиковать и не любить китайский тоталитаризм и диктатуру КПК, но обвинить её в околпачивании народа нельзя. А диалог между властью и обществом в Китае во многом завязан именно на идеологию.Прежде всего необходимо понимать сущность съезда КПК, что это вообще за мероприятие и зачем оно нужно. Сначала о формальной стороне вопроса. КПК, согласно Конституции КНР, осуществляет руководство государством и обществом, всем общественным строем: «Статья 1. Социалистический строй является основным строем Китайской Народной Республики. Руководство со стороны Коммунистической партии Китая является самой сущностной особенностью социализма с китайской спецификой. Запрещается любым организациям или частным лицам подрывать социалистический строй».Партией, в свою очередь, руководит ЦК, который избирается съездом раз в пять лет вместе с Центральной комиссией по проверке дисциплины (ЦКДИ). Кроме того, съезд заслушивает и рассматривает отчёты ЦК и ЦКДИ, обсуждает и принимает решения «по важнейшим вопросам партии», пересматривает Устав, который включает программу. А уже ЦК из своего состава избирает Политбюро, Постоянный Комитет Политбюро (Постком) и Генерального секретаря ЦК. Политбюро созывает пленумы ЦК не реже одного раза в год и отчитывается о своей работе перед ним, но в промежутках между пленумами исполняет вместе с Посткомом функции ЦК. Политбюро и Постком Политбюро — это две главные структуры, которые фактически управляют ЦК, партией и всей страной. То есть получается такая централистская цепочка: съезд — ЦК — Политбюро — Постоянный Комитет — Генеральный секретарь, — в которой съезд избирает членов ЦК, а члены ЦК избирают из своего состава остальные структуры и генсека. В КПК состоит около 97 млн человек, на съезд делегируется более 2 тыс. человек, в составе ЦК — около 200 членов и столько же кандидатов, в Политбюро 24 члена, а в ПК Политбюро — 7.Вместе с тем Генеральный секретарь ЦК — это не глава партии, а руководитель секретариата ЦК — рабочего органа Политбюро и его Посткома. Кандидатуры в состав секретариата выдвигаются членами Посткома и одобряются пленумом ЦК. Задача секретариата ЦК состоит в том, чтобы обеспечивать работу Политбюро и его Посткома, формировать повестку и предлагать решения. Задача Генерального секретаря ЦК — созывать заседания Политбюро, Посткома и руководить работой секретариата.Но и это не всё. Есть у КПК ещё один отдельный важный орган, отвечающий за партийную и политическую работу в армии, состав которого определяется ЦК, — Центральный Военный Совет КПК. Поскольку НОАК возникла и победила в гражданской войне как вооружённая сила КПК, постольку партия руководит армией через этот специальный орган. Чтобы не было юридических коллизий, Конституцией КНР предусмотрено образование Всекитайским Собранием Народных Представителей Центрального военного совета, который по составу идентичен партийному.С одной стороны, структура партии кажется достаточно громоздкой и многоступенчатой, с другой — нужно понимать масштабы её деятельности и трудный путь становления этой аппаратной конфигурации. В отличие от типичных для Запада демократических принципов, направленных на уравновешивание различных полюсов и центров силы, на создание сдержек и противовесов, «партийная демократия» КПК, наоборот, базируется на централизации. Матрёшкообразность её структуры призвана подчинить огромные партийные массы единому началу.Фактически же многомиллионная партия, несмотря на вполне демократический характер собственной организации, слепо подчиняется ЦК. А состав ЦК сменяется исходя из тех предложений, которые формируются в недрах Политбюро. Огромную роль играет Генеральный секретарь и секретариат, так как контролирует и направляет работу Посткома, Политбюро и ЦК в целом. В партии запрещена фракционная деятельность и «сектантство», то есть нельзя быть против генеральной линии, которую вырабатывает ЦК и утверждает съезд.Таким образом, съезд партии является мероприятием для поддержания прежде всего дисциплины, легитимизации, как бы сказали политологи, той линии, которую проводит ЦК и ещё уже — Политбюро. То, что съезд, например, не одобрит отчёт ЦК и примет какие-то решения, отличные от предложенных руководством, ситуация из разряда фантастики.Однако это не означает, что есть некая каста коммунистических политиков, которая держит власть в партии и передаёт её из рук в руки себе подобным на протяжении 70 лет, а почти сто миллионов человек смотрят им в рот. Хотя со стороны может так и казаться. В руководстве КПК идёт ожесточённая борьба, но это не просто борьба одних карьеристов с другими, это прежде всего борьба позиций, идеологических подходов, различных теоретических и политических линий в рамках установленной доктрины. Участники этой борьбы не могут свободно апеллировать к партийным массам, как к электорату, не могут открыто формировать групп, фракций и программ. Они сталкиваются друг с другом как толкователи идеологии и исполнители тех или иных мероприятий (успешные или провалившиеся). Утверждение членов ЦК съездом так или иначе основывается на определённом консенсусе в отношении кандидатов, часто подкреплённым вождистским авторитетом. А сами члены ЦК порою добираются до него из самых низов. Например, в действующем составе Политбюро из 24 человек десять выходцев из рабочих семей и семь из крестьянских.Единственный неидеологический способ борьбы в руководстве партии — это уничтожение оппонентов как врагов партии. Поскольку идейно разоблачить противников в подобных условиях непросто, в ход идёт разоблачение коррупционное. Как только Си Цзиньпин пришёл к власти, он развернул масштабную антикоррупционную кампанию, в ходе которой досталось не только среднему и низшему звену руководителей, но и его оппонентам из самых верхов. В этом смысле группа Си Цзиньпина, близкая к маоизму, имеет серьёзное преимущество перед сторонниками либерализации, которые почти всегда замешаны в незаконном обогащении. Этот рычаг «партийных чисток» и консолидировал власть в руках Председателя Си.Поэтому ключевое событие съезда — это не переизбрание Си Цзиньпина, а его отчётный доклад от лица ЦК. По идее это должен быть документ, в котором Генеральный секретарь ЦК КПК рассказывает съезду о том, как комитет работал последние пять лет. По факту же отчёт о работе в нём сводится к перечислению успехов, достигнутых Китаем, а состоит доклад в основном из толкования программы применительно к текущим условиях, наставлений, указаний, призывов и предостережений. То есть это классическая речь вождя с лозунгами и разъяснениями, обращённая в том числе и за пределы Китая.Многие почему-то ждали от речи Си Цзиньпина какую-то актуальную информацию по противостоянию с США, Тайваню, конфликту на Украине и т. п. Этого там нет, потому что эти события не являются частью доктрины и существенно на неё не воздействуют. Впрочем, оценка международных отношений несколько изменилась, но об этом будет ниже. Кстати, по этому поводу в прениях произошла даже некоторая дискуссия.Для краткого введения в ту самую доктрину, т. е. идеологию КПК, приведу цитату из книги бывшего замдиректора партийной школы ЦК КПК Ли Цзюньжу «Китайский путь и китайская мечта» о том, что такое «социализм с китайской спецификой» по мнению китайцев: «Политика “реформ и открытости”, проводившаяся китайским правительством (первоначально под руководством Дэна Сяопина) с 80-х годов XX века, привела к возникновению смешанной экономической системы, называемой в Китае “социализмом с китайскими характеристиками”. Дэн Сяопин указывал на то, что такая бедная страна, как Китай, не может позволить себе полноценный социализм, так как для этого просто нет необходимых материальных средств. Китайские экономисты-теоретики пришли к выводу, что “китайской особенностью” является наличие в стране “первичной стадии социализма”, не упомянутой Марксом, который был знаком только с европейскими капиталистическими странами. Выходом явилось введение в экономику капиталистических методов производства и торговли со странами капиталистического лагеря. Успех экономической политики КНР несомненен, и производительные силы страны действительно были увеличены многократно».На предыдущем XIX съезде КПК в 2017 г. в связи с выходом Китая в мировые лидеры в области экономического и научно-технического потенциала, а также оборонной и совокупной мощи государства Си Цзиньпин объявил о вступлении в «новую эпоху социализма с китайской спецификой». Первоначальные задачи выполнены, материальная база сформирована, и КНР вплотную подошла ко второй стадии — создания полноценного социалистического общества. Предполагается, что Китай станет «великой социалистической державой» к середине XXI в. в две фазы: до 2035-го планируется «в основном осуществить социалистическую модернизацию» (то есть достигнуть цели, поставленной ещё Дэн Сяопином), а к столетию образования «превратить КНР в богатую и могущественную, демократическую и цивилизованную, гармоничную и прекрасную модернизированную социалистическую державу».Эта новая эпоха характеризуется следующими признаками. Во-первых, изменилось «основное противоречие китайского общества». Это важный момент, так как с точки зрения идеологии КПК развитие общества происходит через преодоление противоречий. Со времён Дэн Сяопина считалось, что основное — это «противоречие между постоянно растущими материально-культурными потребностями народа и отсталым общественным производством», а Си переформулировал в нём материально-культурные потребности в «постоянно растущие потребности народа в прекрасной жизни», а отсталое общественное производство — в «неравномерность и неполноту развития». Иными словами, к 2017 году, по мнению КПК и Си Цзиньпина, экономика Китая достигла необходимой развитости общественного производства, ликвидирована крайняя нищета, всем китайцам обеспечен минимум для выживания («общество сяокан»), поэтому теперь нужно стремиться к «среднезажиточному обществу» и ликвидации неравномерности и неполноты развития. Последнее означает прежде всего перераспределение доходов и снижение социальной поляризации. Во-вторых, поскольку цели форсированного построения материальной базы достигнуты, дальнейшее экономическое развитие должно идти по пути «гармонизации» и качественного роста за счёт внедрения высоких технологий. В-третьих, дальнейшее развитие Китая возможно только при условии укрепления партии и её власти, поэтому идеи Си Цзиньпина пронизаны ультрапартийностью («партия решает всё», «партия контролирует партию»). В-четвёртых, период, когда основной акцент партийной работы был смещён в сторону стихийного экономического роста, закончен, партия и государство вступили в новый период, в котором главное — это сознательная борьба за осуществление социализма.В отчёте к XX съезду вся эта риторика была повторена, подтверждена, подведены итоги десяти лет достижений Китая под руководством Си Цзиньпина. Основной темой съезда названо: «Высоко неся великое знамя социализма с китайской спецификой, целиком и полностью претворять в жизнь идеи о социализме с китайской спецификой новой эпохи, развивать великий дух основания КПК, укреплять уверенность в себе и стремиться к самосовершенствованию, отстаивать основополагающие принципы и внедрять инновации, трудиться с воодушевлением, смело и решительно двигаться вперед, сплоченно бороться за всестороннее строительство модернизированного социалистического государства и всестороннее продвижение процесса великого возрождения китайской нации».В отличие от темы аналогичного доклада на XIX съезде, кроме смены цели (тогда говорилось о полном построении среднезажиточного общества), добавилась вся эта вставка: «…развивать великий дух основания КПК, укреплять уверенность в себе и стремиться к самосовершенствованию, отстаивать основополагающие принципы и внедрять инновации, трудиться с воодушевлением, смело и решительно двигаться вперед, сплоченно бороться…».В тексте доклада эти лозунги получили расшифровку, что позволило многим аналитикам совершенно верно подметить, что доклад Си Цзиньпина получился более идеологизированным, чем это ожидалось. Данные лозунги предвещают некоторую милитаризацию и мобилизацию партии в текущих условиях. «Великий дух основания КПК» — это отсылка к маоизму. Сам Си так сформулировал его суть: «Китайские коммунисты-первопроходцы основали КПК, сформировали великий дух основания КПК, характеризующийся приверженностью истине и идеалам, следованием изначальной цели и выполнением возложенной миссии, готовностью к самопожертвованию и героической борьбе, преданностью партии и стремлением оправдать ожидания народа».Сразу после съезда новоизбранные члены Посткома символично посетили Яньань на северо-западе Китая, который был революционной базой Мао в годы гражданской войны. Это можно сравнить с делегацией Брежнева в Разлив к «шалашу Ленина» в 1965 году.Остальные лозунги в этой новой вставке — это отсылка к укреплению дисциплины и искоренению прозападных, пораженческих и упаднических настроений. Причём идея укрепления уверенности в себе получила в докладе неожиданную трактовку укрепления уверенности в собственной культуре, в том числе в китайской традиционной культуре. Впервые Си Цзиньпин конкретно назвал те элементы традиционной культуры, которые, «являясь квинтэссенцией мудрости китайской цивилизации», необходимо отстаивать и развивать: — «Поднебесная принадлежит всем», — «народ — основа государства», — «управление государством при помощи добродетели»,— «отмена устаревшего и установление нового», — «назначение на должность только по способностям человека», — «единство человека и природы», — «неустанное стремление к самосовершенствованию», — «почитание добродетели», — «соблюдение принципов честности и дружелюбия», — «поддержание добрых отношений с соседями».Эти идеи, считает Си Цзиньпин, «во многом совпадают с ценностями и положениями научного социализма». Так что доклад на XX съезде официально закрыл вопрос об отношении идеологии КПК и конфуцианства.Интересно также отметить, что в первом разделе, который даёт историческое обозрение десятилетия нахождения у власти Си Цзиньпина, критика предшественников, по сравнению с докладом на XIX съезде, усилилась. Сказано, что вместе с успехами страны в экономическом росте в партии образовался бардак: ослабление, опустошение и умаление партийного руководства, колебания в убеждениях, формализм, бюрократизм, гедонизм и коррупция. Сам же экономический рост оказался сопряжён с «неравномерностью, несогласованностью и неустойчивостью развития», а «затвердевшие интересы» сковывали его. Досталось и армии, которая «оказалась недостаточно совершенной». Особенно жёстко в критике предшественников выглядит фраза: «Некоторые люди были лишены достаточной уверенности в политическом строе социализма с китайской спецификой, серьезными оставались такие проблемы, как полное игнорирование либо нестрогое исполнение закона. Часто имели место поклонение деньгам, гедонизм, крайний индивидуализм, исторический нигилизм и другие ошибочные идейные течения, наблюдалась путаница в общественном мнении в киберпространстве, что серьезно сказывалось на сознании людей и атмосфере общественного мнения».Все эти недостатки негативно влияли (!) «на обеспечение длительного пребывания партии у власти». И всё это, согласно докладу, решительно исправил товарищ Си Цзиньпин за десять лет нахождения у власти.И действительно, Председатель Си серьёзно закрутил гайки во всех сферах жизни общества, навёл порядок в партии, государстве и обществе. По крайней мере вся та информация, которая поступает из Китая и от его недоброжелателей, на это указывает.Обозначенные в докладе успехи Китая за последние десять лет от «ликвидации бедности» до «космоплавания» и так хорошо известны. Следует отметить лишь заявление Си Цзиньпина о том, что Китай стал государством инновационного типа. За десять лет расходы на НИОКР выросли почти в три раза, выведя КНР по ним на второе место в мире, а по количеству задействованного персонала — на первое, что и позволило достичь высоких результатов в технологическом развитии. С этим тезисом не спорят даже американские китаисты.Практически сразу после введения доклад Си превращается в программный документ. Перед партией ставится задача завершить «социалистическую модернизацию», запущенную Дэн Сяопином, и уточняются её параметры.1. Она охватывает всё население Китая как единое целое, то есть её масштаб превышает общую численность населения всех развитых стран.2. Она предполагает достижение «всеобщей зажиточности народа» и решительно противоречит поляризации.3. Она требует согласованного роста материального достатка и духовной культуры. Естественно, социалистической.4. Она осуществляется на основе гармоничного сосуществования человека и природы. 5. Она идёт по пути исключительно мирного развития, исключает колонизацию, грабёж и «коварные злодеяния» по отношению к развивающимся странам. Многочисленные аналитики из этих параметров и других заявлений Си Цзиньпина сделали основной вывод о том, что Китай сосредотачивается на качественном развитии после количественного экономического роста. Это так, но главное, кажется, здесь всё-таки смена вектора государственной политики в области распределения. По крайней мере денежное сословие Китая резко отреагировало на доклад: китайские биржи обвалились, юань «ослаб» и, по некоторым данным, начался отток капиталов из страны.Интересно, что Си Цзиньпин не сказал ни слова об изменении структуры собственности в китайской экономике, наоборот, он проговорил традиционные мантры про развитие социалистической рыночной экономики, защиту прав и интересов предпринимателей и даже улучшение бизнес-среды. То есть, с одной стороны, он потребовал, чтобы внутреннее потребление играло фундаментальную роль в развитии экономики и было достигнуто всеобщее благосостояние народа, с другой стороны, частный сектор не должен попираться и нельзя колонизировать и грабить отсталые народы. Если нельзя наживаться на неэквивалентном обмене с другими странами, значит китайским бизнесменам и иностранным инвесторам придётся делиться доходами с населением. Именно такой вывод напрашивается с точки зрения логики, и именно так это и поняла биржа.Вместе с тем Си Цзиньпин указал на необходимость «углублять реформу в сфере госкапитала и реформу госпредприятий, ускорять процесс оптимизации размещения государственного сектора экономики и его структурного регулирования, способствовать укреплению, оптимизации и укрупнению госкапитала и госпредприятий, наращивать основные конкурентные преимущества предприятий». То есть бизнесу придётся не только делиться доходами, но и потесниться в процессе укрупнения госкапитала и конкуренции с его стороны.Рост экономики будет направлен на реальный сектор, который будет подвергнут «индустриализации нового типа». Речь идёт о внедрении цифровых технологий и другой различной компьютеризации, включая «искусственный интеллект». Почти все страны занимаются развитием этих технологий, но китайцы прямо-таки фанатично верят в то, что это будущий технологический уклад. В области внешних экономических отношений Си Цзиньпин наметил превратить Китай в «торговую державу» и создать «интернационализированную бизнес-среду» посредством реализации проекта «Один пояс, один путь». Иными словами, эта глобальная инициатива может стать убежищем для подсанкционных капиталов.Из параметров «социалистической модернизации» следует, что по крайней мере до 2035 года КПК воевать не планирует.В разделе доклада, посвящённом внутренней безопасности и стабильности, чувствуется, что главной угрозой Си Цзиньпин видит нечто вроде оранжевой революции и вмешательство извне. Никаких новых мер противодействия не названо, все те же: продвижение партийности, выявление угроз и профилактика, обеспечение продовольственной и энергобезопасности, идеологическая работа, ликвидация криминальных структур и реагирование власти на жалобы и негативную реакцию масс.По вопросу об укреплении армии Си Цзиньпин на первое место поставил партийную и воспитательную работу (в том числе «абсолютное руководство народной армией со стороны КПК»), на второе — военную подготовку, на третье — развитие военной теории и организационных форм и только после — развитие вооружений и военной техники. Цель — не какое-то укрепление обороноспособности или что-то подобное, а откровенное — «повысить возможность народной армии в завоевании победы в войне».В наиболее важном для внешней аудитории разделе международной обстановки Си Цзиньпин продолжил свой курс на борьбу с гегемонией, деспотизмом и травлей, за формирование «сообщества единой судьбы человечества». Теория КПК по вопросу межгосударственных отношений по-прежнему сильно отстаёт от реальности, отрицает действительность новой холодной войны. Всё ещё китайцы надеются как-то убедить «народы мира» в поддержании совместного развития и глобального мира. Всё ещё китайцы планируют идти по пути экономической глобализации, либерализации в области торговли и инвестиций. Подтвердил Си Цзиньпин и внеблоковый статус Китая. Короче говоря, факт раскалывания мира на проамериканский и антиамериканский лагерь КПК не замечает.«Мы искренне обращаемся ко всем странам мира с призывом развивать общие ценности всего человечества — мир, развитие, равенство, справедливость, демократию и свободу, содействовать взаимопониманию и развитию близких отношений между народами всех стран, уважать многообразие мировых цивилизаций, чтобы обмены и взаимообогащение между различными цивилизациями, а также их сосуществование взяли перевес над взаимным отчуждением и столкновением между ними, над чувством превосходства одной цивилизации перед другой, сообща реагировать на различные глобальные вызовы».Это изречение как будто из далёкого прошлого. Оно противоречит процессам, которые доминируют в мире в 2022 году. Китай, видимо, надеется как-то отсидеться в стороне.Однако в содержании позиции Си Цзиньпина присутствовали нотки некоторого напора, в частности в том, что «Китай будет решительно защищать систему международных отношений, ядром которой является Организация Объединенных Наций, охранять миропорядок, в основе которого лежит международное право, отстаивать основные нормы международных отношений, базирующиеся на целях и принципах Устава ООН». Это прямо перекликается с позицией РФ. В прениях к докладу возникла даже дискуссия о том, стоит ли Китаю инициативно брать на себя роль защитника миропорядка. Были делегаты, которые указывали на то, что Китай ещё слишком слаб и неразвит, что лучше держаться старого доброго принципа хладнокровно наблюдать и не вмешиваться в глобальные процессы. Однако возобладала, конечно, более смелая точка зрения Си Цзиньпина.Другим важнейшим событием съезда стало формирование состава ЦК партии и его высших органов. Все знатоки партийных кадров в один голос заявляют, что ЦК получился абсолютно Си-центричным, никакой оппозиции в руководстве не осталось. Правда, информация о том, что она была там ранее, особого доверия не заслуживает, ведь никаких признаков оппозиционной деятельности последние пять лет не наблюдалось. Самая известная гонконгская газета South China Morning Post, опосредованно принадлежащая Джеку Ма, рассказала, что Си Цзиньпин лично отбирал всех кандидатов в ЦК на основе выводов специальных инспекционных групп, которые проводили их проверку. Главными критериями служили идеологическая устойчивость, умение противостоять Западу и защищать государственную безопасность. Инспекционные группы выезжали на места и проверяли, как обстоят дела на тех участках, за которые отвечали кандидаты. Говорят, 20 человек не прошли отбор из-за выявленных фактов коррупции.Почти все аналитики и эксперты посчитали, что раз Си Цзиньпин самолично формировал состав руководящего органа партии, значит, непременно набрал лично ему преданных бездарей. Многие поспешили написать, что ЦК сформирован не по деловым качествам, а по принципу лояльности. Как будто не бывает высококвалифицированных сторонников Си, а кадровое комплектование в борьбе оппозиционных групп по принципу компромиссов и уступок гарантирует выдвижение самых профессиональных, а не самых беспринципных и «серых». Интересно также, что западная и отчасти наша китаистика рассказывала о том, насколько провальной является политика «нулевой терпимости к ковиду» в Китае, особенно карантин в многострадальном Шанхае. Поэтому назначение главы шанхайского горкома Ли Цяна фактически вторым человеком в стране не угадал никто из специалистов. Он выходец из простой семьи, по образованию механизатор сельского хозяйства, сделал карьеру в провинции Чжэцзян, когда там же работал Си Цзиньпин. Очевидно, не боится жёстких мер и непопулярных решений. И кстати, охрана партийной тайны в КПК дала трещину, так как информация о сенсационном назначении Ли просочилась в WSJ.Можно ли XX съезд по известной аналогии назвать «съездом победителей»? Пожалуй, нет, так как и до него никакой сущностной оппозиции у Председателя Си не имелось. Можно ли назвать XX съезд «съездом сворачивания НЭПа»? Кажется, и такое наименование преждевременно, ещё пять лет текущая экономическая модель просуществует. Пока видится, что партия продолжит дисциплинироваться, а контроль над обществом усиливаться.Последствия XX съезда КПК видятся в постепенной трансформации экономики и повышении накала политической борьбы против внешних и внутренних врагов. А вот в международных делах продолжится линия, которую можно назвать попыткой уйти от столкновения с Западом.Анатолий Широкобородов,

XX съезд Коммунистической партии Китая: итоги и последствия

Завершился XX съезд КПК, оставив после себя информационную пустоту, заряженную многочисленными ожиданиями записных аналитиков, экспертов, публицистов и конспирологов. Си Цзиньпин всё ещё во главе партии, Китай всё ещё идёт по своему социалистическому пути, все раннее обозначенные цели и планы утверждены. Даже про Тайвань сказано всё то же самое. Ничего нового, абсолютная скука.

Поэтому падкие на жареное журналисты и блогеры сфокусировали всё внимание на одном единственном эпизоде покидания Ху Цзиньтао церемонии закрытия съезда. Какие только домыслы не пошли в ход: и что это была специальная демонстрация убедительности победы Си, и что таким образом Си предотвратил некий заговор, и что это срежиссированный спектакль в стиле древнекитайского символизма, в котором пожилой Ху играет роль дряхлеющих США. Короче, раздолье для писателей, активность которых завязана на клики и лайки.

По сути же дела, если бы этот конфуз имел политический смысл и значение, то мы бы об этом обязательно узнали. А подковёрная борьба не ведётся под прицелом телекамер. Тем более те, кто следит за мероприятиями КПК, знает, что Ху Цзиньтао уже давно физически немощен и часто выглядит дезориентированным. Кстати, он присутствовал на съезде не как избранный делегат, а как почётный. И его несколько раз крупным планом показывали в трансляции на китайском ТВ, которую добровольно-принудительно смотрели миллионы китайцев по всей стране. Поэтому вполне разумной выглядит официальная версия, что Ху Цзиньтао покинул церемонию по медицинским причинам. Другое дело, что сделал это он не добровольно и, видимо, по требованию Си Цзиньпина, но и такие ситуации бывают со стариками. Короче говоря, план организаторов мероприятий съезда усилить церемониальную часть фигурой уважаемого старца с треском провалился. Но вряд ли из этого имеет смысл высасывать какой-то политический скандал. Тем более история КПК имеет действительно скандальные страницы, вспомнить хотя бы историю с Линь Бяо или недавний смертный приговор бывшему министру юстиции Фу Чжэнхуа.

Кстати, Ху Цзиньтао как теоретик и практик партийного и государственного управления лично мне представляется даже более интересным, чем Си Цзиньпин. Именно Ху начал достаточно резкое сворачивание либерализации Китая, допущенной при Цзян Цзэмине, причём делал это с достаточно весомым идеологическим обоснованием. В данном случае Си Цзиньпин продолжает и углубляет линию самого Ху. Поэтому если отстраниться от надуманной «элитологии» китаистов, которые на коленке выдумывают различные фракции и кланы в руководстве КПК, идейно и политически курс Си является закономерным продолжением курса Ху. В докладе Си Цзиньпина нет ничего, что бы противоречило позиции его предшественника. Ну а предполагать, что дезориентированный, пожилой Ху участвует в расстановке кадров и поэтому был удалён со съезда, по-моему, в высшей степени надуманно.

Все китаисты, как западные, так и восточные, в своей аналитике съезда предметом делают всё что угодно, только не идеологическое содержание его докладов и резолюций. Они отрицают идеологию КПК как демагогию, подобно тому как серьёзные политологи при исследовании западных демократий не придают сущностного значения программам партий или предвыборным обещаниям кандидатов. То есть китаисты методологически исходят из принципов господствующей в их странах политической культуры, тогда как система партийной власти в КНР по характеру её осуществления значительно отличается от западной. Здесь каждое идейное движение в решениях съезда играет большую роль, претворяется в политике и реализуется в экономике.

Самый радикальный вариант подобной литературы демонстрируют, конечно, профильные антикапэкашные издания. Так, «Азия таймс», например, учит: «Идеологически ослепленные западные аналитики и официальные лица постоянно упускают главное. Китайское государство — наименее идеологизированное, самое безжалостно прагматичное образование в мире».

Если кратко определить разницу между системами западной демократии и «восточного» социализма, то в первом случае в политических процессах доминируют скрытые экономические пружины, а во втором, наоборот, внешние, достаточно пространные политические идеи. На Западе, если говорить о действительно независимых странах, решающую роль играют экономические интересы, выгодоприобретатели от политических решений, а в Китае — идейные установки правящей партии. При социализме политическая сфера превалирует над экономической, а ключевое понятие политической целесообразности наполнено идеологическими установками. Экономические интересы, карьерные дрязги, конечно, тоже играют свою роль, но в рамках системы доминирования идеологии. Как только в социалистических государствах экономика ставится выше политики и идеологии, они разваливаются. Потому что вся конструкция власти в них завязана не на выражение воли, интересов, мнений и позиций тех или иных слоёв общества, а на политику конкретной партийной организации, которая объявляет себя авангардом трудового народа. Социалистическая конструкция власти не может себе позволить экономического самотёка.

Так что безжалостно прагматичными, лицемерными и циничными являются скорее западные государства, и в них политики часто обещают одно, а делают другое. Можно сколько угодно критиковать и не любить китайский тоталитаризм и диктатуру КПК, но обвинить её в околпачивании народа нельзя. А диалог между властью и обществом в Китае во многом завязан именно на идеологию.

Прежде всего необходимо понимать сущность съезда КПК, что это вообще за мероприятие и зачем оно нужно. Сначала о формальной стороне вопроса.

КПК, согласно Конституции КНР, осуществляет руководство государством и обществом, всем общественным строем: «Статья 1. Социалистический строй является основным строем Китайской Народной Республики. Руководство со стороны Коммунистической партии Китая является самой сущностной особенностью социализма с китайской спецификой. Запрещается любым организациям или частным лицам подрывать социалистический строй».

Партией, в свою очередь, руководит ЦК, который избирается съездом раз в пять лет вместе с Центральной комиссией по проверке дисциплины (ЦКДИ). Кроме того, съезд заслушивает и рассматривает отчёты ЦК и ЦКДИ, обсуждает и принимает решения «по важнейшим вопросам партии», пересматривает Устав, который включает программу. А уже ЦК из своего состава избирает Политбюро, Постоянный Комитет Политбюро (Постком) и Генерального секретаря ЦК. Политбюро созывает пленумы ЦК не реже одного раза в год и отчитывается о своей работе перед ним, но в промежутках между пленумами исполняет вместе с Посткомом функции ЦК. Политбюро и Постком Политбюро — это две главные структуры, которые фактически управляют ЦК, партией и всей страной.

То есть получается такая централистская цепочка: съезд — ЦК — Политбюро — Постоянный Комитет — Генеральный секретарь, — в которой съезд избирает членов ЦК, а члены ЦК избирают из своего состава остальные структуры и генсека. В КПК состоит около 97 млн человек, на съезд делегируется более 2 тыс. человек, в составе ЦК — около 200 членов и столько же кандидатов, в Политбюро 24 члена, а в ПК Политбюро — 7.

Вместе с тем Генеральный секретарь ЦК — это не глава партии, а руководитель секретариата ЦК — рабочего органа Политбюро и его Посткома. Кандидатуры в состав секретариата выдвигаются членами Посткома и одобряются пленумом ЦК. Задача секретариата ЦК состоит в том, чтобы обеспечивать работу Политбюро и его Посткома, формировать повестку и предлагать решения. Задача Генерального секретаря ЦК — созывать заседания Политбюро, Посткома и руководить работой секретариата.

Но и это не всё. Есть у КПК ещё один отдельный важный орган, отвечающий за партийную и политическую работу в армии, состав которого определяется ЦК, — Центральный Военный Совет КПК. Поскольку НОАК возникла и победила в гражданской войне как вооружённая сила КПК, постольку партия руководит армией через этот специальный орган. Чтобы не было юридических коллизий, Конституцией КНР предусмотрено образование Всекитайским Собранием Народных Представителей Центрального военного совета, который по составу идентичен партийному.

С одной стороны, структура партии кажется достаточно громоздкой и многоступенчатой, с другой — нужно понимать масштабы её деятельности и трудный путь становления этой аппаратной конфигурации. В отличие от типичных для Запада демократических принципов, направленных на уравновешивание различных полюсов и центров силы, на создание сдержек и противовесов, «партийная демократия» КПК, наоборот, базируется на централизации. Матрёшкообразность её структуры призвана подчинить огромные партийные массы единому началу.

Фактически же многомиллионная партия, несмотря на вполне демократический характер собственной организации, слепо подчиняется ЦК. А состав ЦК сменяется исходя из тех предложений, которые формируются в недрах Политбюро. Огромную роль играет Генеральный секретарь и секретариат, так как контролирует и направляет работу Посткома, Политбюро и ЦК в целом. В партии запрещена фракционная деятельность и «сектантство», то есть нельзя быть против генеральной линии, которую вырабатывает ЦК и утверждает съезд.

Таким образом, съезд партии является мероприятием для поддержания прежде всего дисциплины, легитимизации, как бы сказали политологи, той линии, которую проводит ЦК и ещё уже — Политбюро. То, что съезд, например, не одобрит отчёт ЦК и примет какие-то решения, отличные от предложенных руководством, ситуация из разряда фантастики.

Однако это не означает, что есть некая каста коммунистических политиков, которая держит власть в партии и передаёт её из рук в руки себе подобным на протяжении 70 лет, а почти сто миллионов человек смотрят им в рот. Хотя со стороны может так и казаться. В руководстве КПК идёт ожесточённая борьба, но это не просто борьба одних карьеристов с другими, это прежде всего борьба позиций, идеологических подходов, различных теоретических и политических линий в рамках установленной доктрины. Участники этой борьбы не могут свободно апеллировать к партийным массам, как к электорату, не могут открыто формировать групп, фракций и программ. Они сталкиваются друг с другом как толкователи идеологии и исполнители тех или иных мероприятий (успешные или провалившиеся). Утверждение членов ЦК съездом так или иначе основывается на определённом консенсусе в отношении кандидатов, часто подкреплённым вождистским авторитетом. А сами члены ЦК порою добираются до него из самых низов. Например, в действующем составе Политбюро из 24 человек десять выходцев из рабочих семей и семь из крестьянских.

Единственный неидеологический способ борьбы в руководстве партии — это уничтожение оппонентов как врагов партии. Поскольку идейно разоблачить противников в подобных условиях непросто, в ход идёт разоблачение коррупционное. Как только Си Цзиньпин пришёл к власти, он развернул масштабную антикоррупционную кампанию, в ходе которой досталось не только среднему и низшему звену руководителей, но и его оппонентам из самых верхов. В этом смысле группа Си Цзиньпина, близкая к маоизму, имеет серьёзное преимущество перед сторонниками либерализации, которые почти всегда замешаны в незаконном обогащении. Этот рычаг «партийных чисток» и консолидировал власть в руках Председателя Си.

Поэтому ключевое событие съезда — это не переизбрание Си Цзиньпина, а его отчётный доклад от лица ЦК. По идее это должен быть документ, в котором Генеральный секретарь ЦК КПК рассказывает съезду о том, как комитет работал последние пять лет. По факту же отчёт о работе в нём сводится к перечислению успехов, достигнутых Китаем, а состоит доклад в основном из толкования программы применительно к текущим условиях, наставлений, указаний, призывов и предостережений. То есть это классическая речь вождя с лозунгами и разъяснениями, обращённая в том числе и за пределы Китая.

Многие почему-то ждали от речи Си Цзиньпина какую-то актуальную информацию по противостоянию с США, Тайваню, конфликту на Украине и т. п. Этого там нет, потому что эти события не являются частью доктрины и существенно на неё не воздействуют. Впрочем, оценка международных отношений несколько изменилась, но об этом будет ниже. Кстати, по этому поводу в прениях произошла даже некоторая дискуссия.

Для краткого введения в ту самую доктрину, т. е. идеологию КПК, приведу цитату из книги бывшего замдиректора партийной школы ЦК КПК Ли Цзюньжу «Китайский путь и китайская мечта» о том, что такое «социализм с китайской спецификой» по мнению китайцев: «Политика “реформ и открытости”, проводившаяся китайским правительством (первоначально под руководством Дэна Сяопина) с 80-х годов XX века, привела к возникновению смешанной экономической системы, называемой в Китае “социализмом с китайскими характеристиками”. Дэн Сяопин указывал на то, что такая бедная страна, как Китай, не может позволить себе полноценный социализм, так как для этого просто нет необходимых материальных средств. Китайские экономисты-теоретики пришли к выводу, что “китайской особенностью” является наличие в стране “первичной стадии социализма”, не упомянутой Марксом, который был знаком только с европейскими капиталистическими странами. Выходом явилось введение в экономику капиталистических методов производства и торговли со странами капиталистического лагеря. Успех экономической политики КНР несомненен, и производительные силы страны действительно были увеличены многократно».

На предыдущем XIX съезде КПК в 2017 г. в связи с выходом Китая в мировые лидеры в области экономического и научно-технического потенциала, а также оборонной и совокупной мощи государства Си Цзиньпин объявил о вступлении в «новую эпоху социализма с китайской спецификой». Первоначальные задачи выполнены, материальная база сформирована, и КНР вплотную подошла ко второй стадии — создания полноценного социалистического общества. Предполагается, что Китай станет «великой социалистической державой» к середине XXI в. в две фазы: до 2035-го планируется «в основном осуществить социалистическую модернизацию» (то есть достигнуть цели, поставленной ещё Дэн Сяопином), а к столетию образования «превратить КНР в богатую и могущественную, демократическую и цивилизованную, гармоничную и прекрасную модернизированную социалистическую державу».

Эта новая эпоха характеризуется следующими признаками. Во-первых, изменилось «основное противоречие китайского общества». Это важный момент, так как с точки зрения идеологии КПК развитие общества происходит через преодоление противоречий. Со времён Дэн Сяопина считалось, что основное — это «противоречие между постоянно растущими материально-культурными потребностями народа и отсталым общественным производством», а Си переформулировал в нём материально-культурные потребности в «постоянно растущие потребности народа в прекрасной жизни», а отсталое общественное производство — в «неравномерность и неполноту развития». Иными словами, к 2017 году, по мнению КПК и Си Цзиньпина, экономика Китая достигла необходимой развитости общественного производства, ликвидирована крайняя нищета, всем китайцам обеспечен минимум для выживания («общество сяокан»), поэтому теперь нужно стремиться к «среднезажиточному обществу» и ликвидации неравномерности и неполноты развития. Последнее означает прежде всего перераспределение доходов и снижение социальной поляризации. Во-вторых, поскольку цели форсированного построения материальной базы достигнуты, дальнейшее экономическое развитие должно идти по пути «гармонизации» и качественного роста за счёт внедрения высоких технологий. В-третьих, дальнейшее развитие Китая возможно только при условии укрепления партии и её власти, поэтому идеи Си Цзиньпина пронизаны ультрапартийностью («партия решает всё», «партия контролирует партию»). В-четвёртых, период, когда основной акцент партийной работы был смещён в сторону стихийного экономического роста, закончен, партия и государство вступили в новый период, в котором главное — это сознательная борьба за осуществление социализма.

В отчёте к XX съезду вся эта риторика была повторена, подтверждена, подведены итоги десяти лет достижений Китая под руководством Си Цзиньпина. Основной темой съезда названо: «Высоко неся великое знамя социализма с китайской спецификой, целиком и полностью претворять в жизнь идеи о социализме с китайской спецификой новой эпохи, развивать великий дух основания КПК, укреплять уверенность в себе и стремиться к самосовершенствованию, отстаивать основополагающие принципы и внедрять инновации, трудиться с воодушевлением, смело и решительно двигаться вперед, сплоченно бороться за всестороннее строительство модернизированного социалистического государства и всестороннее продвижение процесса великого возрождения китайской нации».

В отличие от темы аналогичного доклада на XIX съезде, кроме смены цели (тогда говорилось о полном построении среднезажиточного общества), добавилась вся эта вставка: «…развивать великий дух основания КПК, укреплять уверенность в себе и стремиться к самосовершенствованию, отстаивать основополагающие принципы и внедрять инновации, трудиться с воодушевлением, смело и решительно двигаться вперед, сплоченно бороться…».

В тексте доклада эти лозунги получили расшифровку, что позволило многим аналитикам совершенно верно подметить, что доклад Си Цзиньпина получился более идеологизированным, чем это ожидалось. Данные лозунги предвещают некоторую милитаризацию и мобилизацию партии в текущих условиях.

«Великий дух основания КПК» — это отсылка к маоизму. Сам Си так сформулировал его суть: «Китайские коммунисты-первопроходцы основали КПК, сформировали великий дух основания КПК, характеризующийся приверженностью истине и идеалам, следованием изначальной цели и выполнением возложенной миссии, готовностью к самопожертвованию и героической борьбе, преданностью партии и стремлением оправдать ожидания народа».

Сразу после съезда новоизбранные члены Посткома символично посетили Яньань на северо-западе Китая, который был революционной базой Мао в годы гражданской войны. Это можно сравнить с делегацией Брежнева в Разлив к «шалашу Ленина» в 1965 году.

Остальные лозунги в этой новой вставке — это отсылка к укреплению дисциплины и искоренению прозападных, пораженческих и упаднических настроений. Причём идея укрепления уверенности в себе получила в докладе неожиданную трактовку укрепления уверенности в собственной культуре, в том числе в китайской традиционной культуре. Впервые Си Цзиньпин конкретно назвал те элементы традиционной культуры, которые, «являясь квинтэссенцией мудрости китайской цивилизации», необходимо отстаивать и развивать:

— «Поднебесная принадлежит всем»,

— «народ — основа государства»,

— «управление государством при помощи добродетели»,

— «отмена устаревшего и установление нового»,

— «назначение на должность только по способностям человека»,

— «единство человека и природы»,

— «неустанное стремление к самосовершенствованию»,

— «почитание добродетели»,

— «соблюдение принципов честности и дружелюбия»,

— «поддержание добрых отношений с соседями».

Эти идеи, считает Си Цзиньпин, «во многом совпадают с ценностями и положениями научного социализма». Так что доклад на XX съезде официально закрыл вопрос об отношении идеологии КПК и конфуцианства.

Интересно также отметить, что в первом разделе, который даёт историческое обозрение десятилетия нахождения у власти Си Цзиньпина, критика предшественников, по сравнению с докладом на XIX съезде, усилилась. Сказано, что вместе с успехами страны в экономическом росте в партии образовался бардак: ослабление, опустошение и умаление партийного руководства, колебания в убеждениях, формализм, бюрократизм, гедонизм и коррупция. Сам же экономический рост оказался сопряжён с «неравномерностью, несогласованностью и неустойчивостью развития», а «затвердевшие интересы» сковывали его. Досталось и армии, которая «оказалась недостаточно совершенной».

Особенно жёстко в критике предшественников выглядит фраза: «Некоторые люди были лишены достаточной уверенности в политическом строе социализма с китайской спецификой, серьезными оставались такие проблемы, как полное игнорирование либо нестрогое исполнение закона. Часто имели место поклонение деньгам, гедонизм, крайний индивидуализм, исторический нигилизм и другие ошибочные идейные течения, наблюдалась путаница в общественном мнении в киберпространстве, что серьезно сказывалось на сознании людей и атмосфере общественного мнения».

Все эти недостатки негативно влияли (!) «на обеспечение длительного пребывания партии у власти». И всё это, согласно докладу, решительно исправил товарищ Си Цзиньпин за десять лет нахождения у власти.

И действительно, Председатель Си серьёзно закрутил гайки во всех сферах жизни общества, навёл порядок в партии, государстве и обществе. По крайней мере вся та информация, которая поступает из Китая и от его недоброжелателей, на это указывает.

Обозначенные в докладе успехи Китая за последние десять лет от «ликвидации бедности» до «космоплавания» и так хорошо известны. Следует отметить лишь заявление Си Цзиньпина о том, что Китай стал государством инновационного типа. За десять лет расходы на НИОКР выросли почти в три раза, выведя КНР по ним на второе место в мире, а по количеству задействованного персонала — на первое, что и позволило достичь высоких результатов в технологическом развитии. С этим тезисом не спорят даже американские китаисты.

Практически сразу после введения доклад Си превращается в программный документ. Перед партией ставится задача завершить «социалистическую модернизацию», запущенную Дэн Сяопином, и уточняются её параметры.

1. Она охватывает всё население Китая как единое целое, то есть её масштаб превышает общую численность населения всех развитых стран.

2. Она предполагает достижение «всеобщей зажиточности народа» и решительно противоречит поляризации.

3. Она требует согласованного роста материального достатка и духовной культуры. Естественно, социалистической.

4. Она осуществляется на основе гармоничного сосуществования человека и природы.

5. Она идёт по пути исключительно мирного развития, исключает колонизацию, грабёж и «коварные злодеяния» по отношению к развивающимся странам.

Многочисленные аналитики из этих параметров и других заявлений Си Цзиньпина сделали основной вывод о том, что Китай сосредотачивается на качественном развитии после количественного экономического роста. Это так, но главное, кажется, здесь всё-таки смена вектора государственной политики в области распределения. По крайней мере денежное сословие Китая резко отреагировало на доклад: китайские биржи обвалились, юань «ослаб» и, по некоторым данным, начался отток капиталов из страны.

Интересно, что Си Цзиньпин не сказал ни слова об изменении структуры собственности в китайской экономике, наоборот, он проговорил традиционные мантры про развитие социалистической рыночной экономики, защиту прав и интересов предпринимателей и даже улучшение бизнес-среды. То есть, с одной стороны, он потребовал, чтобы внутреннее потребление играло фундаментальную роль в развитии экономики и было достигнуто всеобщее благосостояние народа, с другой стороны, частный сектор не должен попираться и нельзя колонизировать и грабить отсталые народы. Если нельзя наживаться на неэквивалентном обмене с другими странами, значит китайским бизнесменам и иностранным инвесторам придётся делиться доходами с населением. Именно такой вывод напрашивается с точки зрения логики, и именно так это и поняла биржа.

Вместе с тем Си Цзиньпин указал на необходимость «углублять реформу в сфере госкапитала и реформу госпредприятий, ускорять процесс оптимизации размещения государственного сектора экономики и его структурного регулирования, способствовать укреплению, оптимизации и укрупнению госкапитала и госпредприятий, наращивать основные конкурентные преимущества предприятий». То есть бизнесу придётся не только делиться доходами, но и потесниться в процессе укрупнения госкапитала и конкуренции с его стороны.

Рост экономики будет направлен на реальный сектор, который будет подвергнут «индустриализации нового типа». Речь идёт о внедрении цифровых технологий и другой различной компьютеризации, включая «искусственный интеллект». Почти все страны занимаются развитием этих технологий, но китайцы прямо-таки фанатично верят в то, что это будущий технологический уклад.

В области внешних экономических отношений Си Цзиньпин наметил превратить Китай в «торговую державу» и создать «интернационализированную бизнес-среду» посредством реализации проекта «Один пояс, один путь». Иными словами, эта глобальная инициатива может стать убежищем для подсанкционных капиталов.

Из параметров «социалистической модернизации» следует, что по крайней мере до 2035 года КПК воевать не планирует.

В разделе доклада, посвящённом внутренней безопасности и стабильности, чувствуется, что главной угрозой Си Цзиньпин видит нечто вроде оранжевой революции и вмешательство извне. Никаких новых мер противодействия не названо, все те же: продвижение партийности, выявление угроз и профилактика, обеспечение продовольственной и энергобезопасности, идеологическая работа, ликвидация криминальных структур и реагирование власти на жалобы и негативную реакцию масс.

По вопросу об укреплении армии Си Цзиньпин на первое место поставил партийную и воспитательную работу (в том числе «абсолютное руководство народной армией со стороны КПК»), на второе — военную подготовку, на третье — развитие военной теории и организационных форм и только после — развитие вооружений и военной техники. Цель — не какое-то укрепление обороноспособности или что-то подобное, а откровенное — «повысить возможность народной армии в завоевании победы в войне».

В наиболее важном для внешней аудитории разделе международной обстановки Си Цзиньпин продолжил свой курс на борьбу с гегемонией, деспотизмом и травлей, за формирование «сообщества единой судьбы человечества». Теория КПК по вопросу межгосударственных отношений по-прежнему сильно отстаёт от реальности, отрицает действительность новой холодной войны. Всё ещё китайцы надеются как-то убедить «народы мира» в поддержании совместного развития и глобального мира. Всё ещё китайцы планируют идти по пути экономической глобализации, либерализации в области торговли и инвестиций. Подтвердил Си Цзиньпин и внеблоковый статус Китая. Короче говоря, факт раскалывания мира на проамериканский и антиамериканский лагерь КПК не замечает.

«Мы искренне обращаемся ко всем странам мира с призывом развивать общие ценности всего человечества — мир, развитие, равенство, справедливость, демократию и свободу, содействовать взаимопониманию и развитию близких отношений между народами всех стран, уважать многообразие мировых цивилизаций, чтобы обмены и взаимообогащение между различными цивилизациями, а также их сосуществование взяли перевес над взаимным отчуждением и столкновением между ними, над чувством превосходства одной цивилизации перед другой, сообща реагировать на различные глобальные вызовы».

Это изречение как будто из далёкого прошлого. Оно противоречит процессам, которые доминируют в мире в 2022 году. Китай, видимо, надеется как-то отсидеться в стороне.

Однако в содержании позиции Си Цзиньпина присутствовали нотки некоторого напора, в частности в том, что «Китай будет решительно защищать систему международных отношений, ядром которой является Организация Объединенных Наций, охранять миропорядок, в основе которого лежит международное право, отстаивать основные нормы международных отношений, базирующиеся на целях и принципах Устава ООН». Это прямо перекликается с позицией РФ. В прениях к докладу возникла даже дискуссия о том, стоит ли Китаю инициативно брать на себя роль защитника миропорядка. Были делегаты, которые указывали на то, что Китай ещё слишком слаб и неразвит, что лучше держаться старого доброго принципа хладнокровно наблюдать и не вмешиваться в глобальные процессы. Однако возобладала, конечно, более смелая точка зрения Си Цзиньпина.

Другим важнейшим событием съезда стало формирование состава ЦК партии и его высших органов. Все знатоки партийных кадров в один голос заявляют, что ЦК получился абсолютно Си-центричным, никакой оппозиции в руководстве не осталось. Правда, информация о том, что она была там ранее, особого доверия не заслуживает, ведь никаких признаков оппозиционной деятельности последние пять лет не наблюдалось.

Самая известная гонконгская газета South China Morning Post, опосредованно принадлежащая Джеку Ма, рассказала, что Си Цзиньпин лично отбирал всех кандидатов в ЦК на основе выводов специальных инспекционных групп, которые проводили их проверку. Главными критериями служили идеологическая устойчивость, умение противостоять Западу и защищать государственную безопасность. Инспекционные группы выезжали на места и проверяли, как обстоят дела на тех участках, за которые отвечали кандидаты. Говорят, 20 человек не прошли отбор из-за выявленных фактов коррупции.

Почти все аналитики и эксперты посчитали, что раз Си Цзиньпин самолично формировал состав руководящего органа партии, значит, непременно набрал лично ему преданных бездарей. Многие поспешили написать, что ЦК сформирован не по деловым качествам, а по принципу лояльности. Как будто не бывает высококвалифицированных сторонников Си, а кадровое комплектование в борьбе оппозиционных групп по принципу компромиссов и уступок гарантирует выдвижение самых профессиональных, а не самых беспринципных и «серых».

Интересно также, что западная и отчасти наша китаистика рассказывала о том, насколько провальной является политика «нулевой терпимости к ковиду» в Китае, особенно карантин в многострадальном Шанхае. Поэтому назначение главы шанхайского горкома Ли Цяна фактически вторым человеком в стране не угадал никто из специалистов. Он выходец из простой семьи, по образованию механизатор сельского хозяйства, сделал карьеру в провинции Чжэцзян, когда там же работал Си Цзиньпин. Очевидно, не боится жёстких мер и непопулярных решений. И кстати, охрана партийной тайны в КПК дала трещину, так как информация о сенсационном назначении Ли просочилась в WSJ.

Можно ли XX съезд по известной аналогии назвать «съездом победителей»? Пожалуй, нет, так как и до него никакой сущностной оппозиции у Председателя Си не имелось. Можно ли назвать XX съезд «съездом сворачивания НЭПа»? Кажется, и такое наименование преждевременно, ещё пять лет текущая экономическая модель просуществует. Пока видится, что партия продолжит дисциплинироваться, а контроль над обществом усиливаться.

Последствия XX съезда КПК видятся в постепенной трансформации экономики и повышении накала политической борьбы против внешних и внутренних врагов. А вот в международных делах продолжится линия, которую можно назвать попыткой уйти от столкновения с Западом.

Анатолий Широкобородов,

Источник

                          Чат в TELEGRAM:  t.me/+9Wotlf_WTEFkYmIy
Logo 11 px1flvbt0ljozknqq96fk7ihon04v7y82vfxaay6ho