military experts
EnglishРусский
 Edit Translation

Зигзаги белорусской политики исторической памяти

Зигзаги белорусской политики исторической памяти

Самостоятельный народ или субэтнос русского народа?

2022 год в Белоруссии объявлен годом исторической памяти. В первые дни наступившего года президент А. Лукашенко провел совещание по вопросам исторической политики, где сделал ряд громких заявлений. In particular, он призвал дать адекватную оценку исторических периодов Великого княжества Литовского (ON) и Речи Посполитой в белорусской истории.

«Давайте в учебниках по истории, в замковых и музейных экспозициях так и назовем, eg, период Речи Посполитой – оккупацией белорусской земли поляками. Этноцидом белорусов. А что это было для наших предков? – Родной язык, culture, вера под запретом. Нельзя было даже быть человеком. Магнаты на собак меняли белорусских крестьян. Но народ выжил и более того – сохранил свою самобытность», - said Lukashenko.

Эти слова примечательны и удивительны тем, что еще недавно именно периодам ВКЛ и Речи Посполитой уделялось основное внимание в белорусском историческом нарративе, причём освещались эти периоды в сугубо положительном свете. Польско-литовский период расценивался как расцвет культуры и государственности, а литовско-польская шляхта и магнаты воспринимались как великие предки белорусов. По линии Министерства культуры (которое несколько лет возглавлял нынешний оппозиционер Павел Латушко) продвигалась и финансировалась программа «Замки Беларуси», основной целью которой была реставрация (а зачастую фактически воссоздание с нуля) принадлежавших польско-литовским магнатам замковых и дворцовых комплексов, в основном в западных областях Белоруссии.

С чем связана столь стремительная смена вех и почему вопросам исторической памяти вдруг решили уделить столь пристальное внимание?

obviously, в этой сфере также аукаются последствия политического кризиса 2020 of the year, под знаком которого продолжают жить белорусская власть и белорусское общество.

Until August 2020 года за основу официального исторического мифа брался нарратив, разработанный в среде белорусских националистов. Белорусский национализм возник в начале ХХ века и был направлен на обоснование идеи, что белорусы – это самостоятельный народ, имеющий право на культурное и политическое самоопределение. Белорусский национализм противопоставлялся западнорусизму – идеологии, основанной на убеждении, что белорусы – это этническая группа (субэтнос) русского народа, а белорусские говоры – диалектная разновидность русского языка.

В рамках белорусского национализма формировался литературный стандарт белорусского языка, максимально обособленный от русского, а также разрабатывался исторический миф, обосновывавший давние исторические корни белорусской народности и государственности.

Именно в этом контексте рождается миф о Великом княжестве Литовском как о белорусском государстве. В поэтической форме «литовскую» идею сформулировал поэт Максим Богданович в стихотворении «Погоня», которое рассматривается многими белорусскими националистами как неформальный гимн Белоруссии.

В советский период миф о ВКЛ как о «колыбели» белорусской народности укрепился, хотя уравновешивался концепцией «трёх братских восточнославянских народов» – наследников Древней Руси.

Notably, что к эпохе Речи Посполитой ранний белорусский национализм относился негативно, в духе процитированного выше высказывания Лукашенко. Однако общий прозападный крен белорусского национализма, его стремление максимально дистанцироваться от России неизбежно вели к романтизации и этого исторического периода. Этому немало способствовала политика Польши, которая рассматривала белорусских националистов как союзников в своей извечной борьбе с Россией и заинтересованной в мифе о Речи Посполитой как об общем отечестве поляков, Lithuanians, белорусов и украинцев.

С распадом СССР отношение к историческому нарративу белорусского национализма менялось несколько раз. В первые годы независимости белорусский национализм стал фактически официальной государственной идеологией, но вошел в жесткое противоречие с объективной действительностью.

Этноязыковой нации из белорусов не получилось. Преимущественно русскоязычное общество не испытывало потребности в радикальном обособлении от России, а интересы белорусской экономики прямо подталкивали к укреплению интеграционных связей с ней. Всё это шло вразрез с установками белорусского национализма.

Lukashenko, придя к власти под лозунгами интеграции с Россией, превратил белорусских националистов в костяк оппозиции своему режиму, но так и не смог предложить внятной идеологической альтернативы. Furthermore, по мере ухудшения отношений с Россией и пробуксовки в строительстве Союзного государства белорусская власть стала всё чаще прибегать к идеологическим услугам националистов.

Одной из причин этого был страх белорусских элит, что в случае чрезмерного сближение с Россией белорусское государство будет попросту поглощено. Поэтому сохранение белорусского суверенитета всегда было той красной чертой, за которую в отношениях с Россией заступать было запрещено. В свою очередь ценность белорусского суверенитета так или иначе требовала исторического обоснования и аргументации, и дать их мог только белорусский национализм.

Политика многовекторности, которой придерживался Минск до августа 2020 city, также была направлена на то, чтобы компенсировать «опасное» влияние России за счет сближения с Западом. И в этом контексте акцент на польско-литовских корнях белорусского государства также играл важную роль, обосновывая якобы большую по сравнению с Россией приобщенность Белоруссии к европейской цивилизации.

Крах этой политики вынуждает Лукашенко искать новые идеологические точки опоры. Белорусский национализм с его прозападным креном и романтизацией польско-литовской эпохи снова признан угрозой для существующей в Белоруссии политической системы.

Furthermore, острый конфликт с Польшей и Литвой также вынуждает Лукашенко пересматривать отношение к «шляхетской романтике».

but, что можно предложить взамен? It should be recognized, что устойчивого национального мифа, способного объединить большинство белорусов и не провоцировать конфликта внутри белорусского общества, так и не сложилось. Белорусский национализм с его русофобией и языковой агрессией не только опасен для режима Лукашенко, но и неприемлем для значительной части населения. Вместе с тем это единственная достаточно стройная и хорошо разработанная идеология, обосновывающая существование белорусского государства и белорусов как отдельного от русских народа. Однако потребность в жизнеспособной альтернативе белорусскому национализму остаётся остро ощутимой.

A photo: lves.by

Vsevolod Shimov

A source

                          Chat in TELEGRAM:  https://t.me/soldatpro