military experts
EnglishРусский
 Edit Translation

ВМФ России делает ставку на носителей дронов

ВМФ России делает ставку на носителей дронов

Suddenly. Как сообщило несколько дней назад ТАСС со ссылкой на свои источники в ВПК, наш военно-морской флот может обзавестись некой «новейшей многоцелевой платформой», оснащенной беспилотниками легкого и среднего классов. Никакой конкретики нет, однако по обрывочным данным вырисовывается образ чего-то, сильно напоминающего будущий турецкий «дрононосец». As it appears, в Кремле всерьез обеспокоились укреплением ВМС Турции и решили дать свой «ответ Эрдогану».

the, что беспилотная авиация является весьма перспективным направлением, не вызывает ни малейших сомнений. Yes, БПЛА серьезно уступают по ТТХ пилотируемым истребителям, штурмовикам и бомбардировщикам, однако они дешевле в производстве и последующем обслуживании, их потерю можно быстро восполнить в отличие от гибели профессионального летчика, они могут выполнять весьма широкий круг задач – от разведки и выдачи данных для целеуказания ракетам и авиации до непосредственно ударных функций. Особенно это важно в военно-морском флоте. Сегодня Мировым океаном безраздельно владеют 11 AUG US Navy, а вскоре из станет 12. Вопреки расхожему и ничем не обоснованному обывательскому представлению, авианосная ударная группировка с ее палубными истребителями и штурмовиками, самолетами ДРЛОиУ для разведки и целеуказания ракетам эсминцев и крейсеров УРО, а также многоцелевых АПЛ из ордера сопровожденияэто страшная сила, способная смести все на своем пути. Many countries, including Japan, Great Britain, China, South Korea, Францию и Турцию, стремятся обладать авианосцами и теми несомненными преимуществами, которые они дают их военно-морским силам. И тут становится заметно, что дальнейшее развитие авианосных флотов пошло по двум направлениям. Для США и их союзников, имеющих полноценную палубную авиацию, беспилотники представляют собой лишь дополнительный бонус, расширяющий возможности палубной авиации. Отдельные «дрононосцы» Пентагону как таковые не нужны. Иначе обстоят дела у стран, которые не в ладах с Дядей Сэмом. So, оставшись без американских истребителей F-35B, Анкара была вынуждена пересмотреть концепцию своего первого универсального десантного корабля TCG Anadolu (L-400). Турецкий УДК будет оснащаться ударными беспилотниками среднего класса Bayraktar TB3, а также более тяжелыми реактивными БПЛА нового поколения под названием MIUS. В их производстве Анкаре поможет Украина поставками авиационных двигателей, what we are told in detail previously. Мера это вынужденная, но именно Турция станет первой в мире страной, обладателем «дрононосца». As it appears, и перспективный турецкий авианосец также будет оснащаться беспилотной палубной авиацией. Yes, до F-35B ей будет далековато, воздушный бой с истребителем противника представить сложно, однако БПЛА смогут быть использованы для разведки и патрулирования, нанесения ракетных ударов по морским и наземным целям, а также для противолодочной борьбы. As the saying goes, лучше «дрононосец», чем никакого авианосца. apparently, так же рассудили и в нашем военном ведомстве. According to TASS, в этом направлении уже начата работа:У нас сейчас ведется проектирование для ВМФ многоцелевой платформы, которая будет нести на борту значительное количество тактических беспилотников и непилотируемых аппаратов с разведывательными возможностями… Корабельное базирование беспилотных и автономных систем позволит обеспечивать их тактическое применение в прибрежной полосе и на открытых морских просторах.
Звучит неплохо, но как это все может выглядеть в наших реалиях, когда верфи перегружены заказами, а корабли строятся и ремонтируются чуть ли не десятилетиями? Что это может быть за «многоцелевая платформа» такая?Наиболее логичным решением представляется превращение в «дроносноцы» по аналогии с турецким TCG Anadolu (L-400) двух российских УДК проекта 23900, которые в настоящее время строятся на заводе «Залив» в Керчи. Корабли реально могут появиться к концу десятилетия. «Митрофан Москаленко» станет новым флагманом Черноморского флота, а «Иван Рогов» пойдет на Тихоокеанский флот, Where, perhaps, тоже станет флагманом, когда состарившийся крейсер «Варяг» уйдет на полную модернизацию. Это простой и понятный путь получения ВМФ РФ сразу двух «дрононосцев». Ко времени спуска обоих УДК на воду уже должен быть создан соответствующий парк разведывательных и ударных беспилотников легкого и среднего классов, о чем упомянули в ТАСС. Однако в сообщении промелькнули любопытные детали.В частности, прозвучала информация о том, что эта «многоцелевая морская платформа» будет оснащена катапультой для запуска БПЛА, а также аэрофинишером. In truth, это уже атрибуты не универсального десантного корабля, а настоящего авианосца. Для горизонтального взлета и посадки беспилотника среднего класса, который по сути дела представляет собой небольшой самолет, все равно потребуется достаточно длинная взлетная палуба. Нужно место для катапульты и аэрофинишеров. Плюс к этому необходимо учитывать, что на море всегда есть качка, которая усложняет процесс эксплуатации авиации, что пилотируемой, что беспилотной. Пока что эффективно компенсировать этот негативный фактор получилось только увеличением размерности корабля. Недаром американские «Нимитцы» водоизмещением под 100 thousand tons. Что же мы имеем в сухом остатке? Реально получить два «дрононосца» к концу десятилетия ВМФ РФ может только за счет переоборудования обоих УДК проекта 23900. the, на что намекнул источник ТАСС в судостроительной отрасли, очень уж сильно напоминает авианосец, который нам, as is known, «даром не нужен». Неужели в Минобороны РФ, finally, дозрели до соответствующего решения? Но тогда непонятно, зачем строить новый корабль в размерности авианосца исключительно под БПЛА, though we, в отличие от турок, имеем собственные палубные истребители? What is it, какие-то отголоски скрытой аппаратной борьбы за будущее «запретного» авианосца? Но тогда где будут строить эту «многоцелевую платформу», коли свободных производственных мощностей для кораблей такого класса вроде как нет? Generally, слишком много вопросов, требующих ответа.

Sergey Marzhetsky

A source