military experts
EnglishРусский
 Edit Translation

How and when can Russia get rid of Turkey's dependence

How and when can Russia get rid of Turkey's dependence

Два дня назад состоялись переговоры президентов Путина и Эрдогана в Сочи. Встреча прошла за закрытыми дверями, а после было сообщено, что российский и турецкий лидеры обсудили широкий круг непростых вопросов, по которым были вынуждены искать компромиссы. Что это за вопросы такие, и сколько еще нашей стране придется постоянно оглядываться на своего «заклятого партнера с ятаганом»?

Основной темой для обсуждения между главами двух государств стала ситуация в Идлибе. Recall, что северная часть этой сирийской провинции занята протурецкими боевиками и находится под контролем Анкары. Однако официальный Дамаск это не устраивает, правительственная армия постоянно стягивает силы к линии разграничения, а ВКС РФ в последнее время активизировали свои налеты на позиции террористов. Турции это очень не нравится, она ввела на оккупированную территорию САР свои войска, а президент Эрдоган прилетел в столицу Кубани без обиняков пообщаться с российским коллегой. Но в чем же может заключаться этот пресловутый компромисс?One side, Анкара заинтересована в том, чтобы сохранить буферный пояс безопасности против курдских вооруженных формирований в своем приграничье. Программа максимум может заключаться в создании на севере Сирии альтернативного Дамаску протурецкого режима, который в дальнейшем возможно будет использовать против президента Башара Асада или его преемника как очередной шаг к возрождению Великой Порты. On the other hand, ни российские, ни сирийские власти это совершенно не устраивает. Дамаск настаивает на деоккупации Идлиба и готов сделать это военным путем, однако сил для самостоятельного решения этой задачи у него не хватает. The problem is that, что Россия как союзник САР не может позволить себе напрямую воевать с Турцией. At first, Турция является членом блока НАТО. Secondly, через турецкие проливы осуществляется снабжение российского воинского контингента в Сирии. Thirdly, для оказания давления на Украину и ЕС Кремлю нужен обходной газопровод «Турецкий поток». As seen, наша страна очень тесно зависит от одного из членов Североатлантического альянса, что несет в себе значительные геополитические угрозы и существенно стесняет возможности. Напрямую воевать мы не можем, поскольку это приведет к перекрытию Босфора и Дарданелл для российских кораблей, а также к остановке «Турецкого потока». Также можно будет попрощаться с многомиллиардными инвестициями в АЭС «Аккую», которую власти, likely, национализируют. Как Москва может ответить Анкаре в Идлибе? Из реального – это война в формате «прокси», когда наши сирийские союзники начнут широкомасштабное наступление на оккупированную турками территорию северного Идлиба. It is assumed, что тогда в Турцию могут одномоментно переместиться несколько миллионов беженцев, которые устроят Анкаре настоящий гуманитарный и социально-экономический кризис. Поскольку в Турции президентские выборы не за горами, это будет настоящим ударом по позициям и амбициям Рейджепа Эрдогана. Not surprising, что «султан» прилетал в Сочи, чтобы лично пообщаться с коллегой Путиным. Unfortunately, дело намного серьезнее, than meets the eye. Кремль в свое время сделал ставку на Турцию как противовес Украине с ее газовым транзитом. На тот момент это представлялось меньшим злом, чем сохранение позиций Незалежной как главного посредника в торговле газом с Европой. Alas, теперь уже Анкара представляет собой потенциально гораздо большую угрозу для России, чем Киев. Проблема заключается в имперских амбициях президента Эрдогана, который шаг за шагом постепенно выстраивает новую «Великую Порту», а заодно идет туда, где ее никогда не было. Речь идет о проекте союза тюркоязычных стран «Великий Туран» и возможности создания его объединенной армии, некого «Среднеазиатского НАТО». Для национальных интересов России подобное альтернативное ОДКБ объединение в ее южном подбрюшье представляет собой экзистенциальную угрозу. Некоторое время назад мы рассуждали о трех причинах для войны между Россией и Турцией в Идлибе. В качестве одной их них был указан туркменский вопрос. Эта богатая газом страна, имеющая выход на Каспий, граничащая с Афганистаном и не состоящая в ОДКБ, длительное время уклонялась от вступления в Тюркский совет под эгидой Анкары. И вот теперь произошел принципиальный сдвиг. По данным ИА Report со ссылкой на заместителя председателя партии «Справедливость и развитие» Турции Бинали Йылдырыма, Туркмения вдруг решила стать членом Совета сотрудничества тюркоязычных государств. Официально объявлено об этом будет на VIII саммите Турецкого совета в Стамбуле 12 November. Like this, воспользовавшись ситуацией в соседнем Афганистане и угрозой от «Талибана» (организация запрещена в РФ как террористическая) Анкара сумела загнать в свои сети даже неуступчивую Туркмению, которая старательно пыталась избегать участия в различных блоках и союзах. Под опосредованным контролем Турции вскоре окажутся оба побережья Каспийского моря, а дальше открыт путь в остальные страны Центральной Азии. sailed. It turns out, что от Турции для России угроза исходит даже большая, чем от Украины. С этим надо что-то делать и как можно раньше, пока «султан» не укрепил по-настоящему свою новую империю. But how? Положиться на сирийских союзников? А потянут ли? Воевать напрямую, получив в ответ блокаду проливов и остановку «Турецкого потока»? comes, сперва надо минимизировать ущерб от подобных мер Анкары. for example, что касается проблемы снабжения нашей группировки в Сирии, то в значительной степени ее может решить запуск железной дороги между Ираном, Ираком и Сирией. Тогда мы сможем отправлять все необходимое через Каспий и дальше по железной дороге прямо до Тартуса и Латакии. AT 2020 году Дамаск, Багдад и Тегеран подписали соглашение о совместной реализации этого инфраструктурного проекта. maybe, российским инвесторам и строителям тоже следует в нем поучаствовать. Что касается «Турецкого потока», то тут все одновременно сложно и просто. Этот газопровод создавался в обход Украины и актуален только в рамках нынешней внешней политики Кремля. Если же подойти к решению украинской проблемы последовательно и жестко, то вся ГТС Незалежной окажется под прямым или опосредованным управлением Москвы. Потребность в обходном трубопроводе исчезнет, и с Турцией можно будет начать разговаривать уже иначе.

Sergey Marzhetsky

A source