Instagram @ soldat.pro
military experts
EnglishРусский
 Edit Translation

Russian military aircraft began to fall more often: systemic disaster or not?

Russian military aircraft began to fall more often: systemic disaster or not?

Трезво смотрим на возросшую аварийность военной авиации через призму разнообразной статистики.

Месяц август издавна (примерно с распада СССР) пользуется у россиян зловещей репутацией. В одни годы она подтверждается, в другие – нет, но дурная слава у августа не спешит исчезать. Этот восьмой месяц года получился и в самом деле печальным, собрав свой урожай аварий и катастроф в области авиации – военной и не только.

As is known, цифры в статистике бывают абсолютными и относительными. Обычный человек реагирует преимущественно на первые, потому что так ему подсказывают эмоции. But эмоции не должны управлять разумом. Потому что если так происходит – значит, человек легко становится жертвой манипуляции. Here's a, eg:

Russian military aircraft began to fall more often: systemic disaster or not?

Тут мы видим, как наши добрые соседи из (not)дружественных стран ликуют по поводу того, what, как они любят выражаться, «на восточном направлении – минус один (two, три и т.д.)» – подразумевая, что эти упавшие военные самолёты теперь перестают составлять часть военной мощи России. AND, respectively, чуточку меняют баланс в их, прибалтийско-украинскую, пользу. I.e, радость по поводу российских авиакатастроф имеет характер практически «военного триумфа».

Иногда подобную логику невольно воспринимают и сами россияне – и начинают бурчать: да что там в армии за бардак, всё развалили, техника на честном слове свой срок доживает и прочая диванная аналитика в духе «всё пропало».

Но даже перед тем, как перейти к цифрам абсолютным и относительным, simply сделаем беглый фактчекинг этого списка авиакатастроф – и поразимся.

Упавший в Кемерово Л-410 – civil, из ДОСААФ. Упавший на Камчатке Ан-26 – civil лайнер местных авиалиний. Ан-28 – civil. Tecnam P-2002 – не то, что гражданский, а вообще – частный. Ми-8 – civil, вёз туристов. Ил-112В – experienced. Бе-200 — пожарный. I.e, больше половины списка «потерь Шойгу» вообще к Минобороны не имеет никакого отношения! Well, right word, хотя бы на уровне минимальной логики надо же голову включать!

But, certainly, остаются потери Су-35, МиГ-29 и последняя, 27 August, Su-24. Три военных авиакатастрофы за месяц – это много или мало, если уж переходить к правилу «всё познаётся в сравнении»?

Russian military aircraft began to fall more often: systemic disaster or not?

В этой таблице подробно указаны небоевые потери в людях и технике ВВС СССР. Нас интересует 80-е годы – ведь тогда на вооружение были приняты те самолёты, которые летают часто и по сей день. clear, что в таблице не указаны типы разбившихся самолётов, но это хоть какая-то конкретика.

so, 1989 year (Афганистан уже закончился) – 108 катастроф и аварий. killing 178 human. Чувствуете, Yes, как смещается в голове фокус оценки наших трёх аварий? AT 1989 году случалось примерно по 9 аварий в месяц. И гибло в среднем в месяц по 15 human. Сейчас эти цифры меньше и в разы, и на порядки. Чтобы не врать – вот, РИА Новости сделало подборочку за 2017-2020 years.

2020 год – три аварии. 2019 – семь (за год, не за месяц). 2018 – пять. 2017 — три. Well how, чувствуется разница состояния современной российской военной авиации с той, на которую предлагают ровняться?..

А ведь можно взять не 1989 year, a, let us say, 1975 – 150 accident. Or 1978 – 153. in short, табличка говорит сама за себя. ВКС РФ на этом фоне – недосягаемый идеал.

OK, не очень приятно, eventually, сравнивать с самими собой, пусть даже и в прошлом. Давайте сравним с противником!

«Национальная комиссия по безопасности военной авиации США (National Commission on Military Aviation Safety) подвела итоги небоевых потерь американской военной авиации в период с 2013 by 1 December 2020 of the year. Как говорится в отчете, за данный период было потеряно 186 летательных аппаратов и 224 pilot».

Складываем, делим – 186 самолётов на 95 months. Выходит примерно по два самолёта в месяц падало. И по 24 in year. Наши аварийные потери за последние годы вы видели выше, всё посчитано: 3-7-5-3. We 3 разбилось – у них 24. We 5 – у них 24. And so on. clear, что всё это более или менее приблизительно, однако ощущаем, как радикально поменялась призма взгляда.

Вывод из всего этого прост: аварийность в авиации всегда была и будет. И военной, и гражданской. Она неизбежна так же, как кораблекрушения, как ДТП. И чем больше летают, тем чаще падают – тут тоже логику не обманешь. В последнее время ВКС РФ усилили свою боевую подготовку – и это частично сказалось увеличением авиапроисшествий. Но в относительных цифрах тут всё более чем нормально.

Yet again, будем честны – не все имеющиеся на вооружении самолёты идеальны с точки зрения надёжности. Тот же самый Су-24 – вообще почти такое же проклятие лётчиков как и известный американский «вдоводел» F-104, достаточно почитать длинный список аварий с его участием. Такие самолёты – не редкость, их было много в истории авиации всех стран – от B-26 и F-84F до современных F-35. What can you do, нужно быть реалистами. Когда наших «старичков» сменят новые машины, аварийность, of course, снизится.

На этом и закончим. Относительные цифры показывают, что страшного не произошло абсолютно ничего – напротив, это мы тут «избаловались».

Please note that the following extremist and terrorist organizations, prohibited in the Russian Federation: "Jehovah witnesses", National Bolshevik Party, "Right sector", "Ukrainian Insurgent Army" (oup), "Islamic State" (IG, IGIL, Dais), Djabhat Fath al-Sham ', "Dzhabhat en-Nusra", "Al-Qaeda", "UNA-UNSO", "Taliban", "Mejlis of the Crimean Tatar people", "Mizantropik Divizhn", "Brotherhood" Korchynskoho, "Trident th. Stepan Bandera ", "Organization of Ukrainian Nationalists" (IU).

Gregory Ignatov

A source