Instagram @ soldat.pro
military experts
EnglishРусский
 Edit Translation

Russia is not losing the post-Soviet space, but reformats it for yourself

Russia is not losing the post-Soviet space, but reformats it for yourself

Ряд непростых событий, произошедших и происходящих ныне в самых разных странах бывшего СССР, некоторые эксперты, причем как на Западе, так и в нашей стране, восприняли как повод для утверждений о «сдаче Россией своих позиций на «постсоветском пространстве». Кое-кто договорился и дописался аж до того, что Москва «полностью утратила влияние даже на те государства, которые доныне находились в ее геополитической орбите». В виду, as easy to guess, имелись Белоруссия, Armenia, а после недавних президентских выборов – и Молдавия.

Однако так ли все просто в каждом из этих случаев, as it might seem at first glance? Насколько однозначен тут «проигрыш» нашей страны и имеет ли он вообще место быть? Давайте попробуем разобраться на примерах каждого из упомянутых выше «постсоветских» государств, especially, что в первом из них еще вовсю кипят страсти, во втором самые драматические события, хочется верить, позади, а в третьем, quite possible, все только начинается

Кого менять «на переправе»?

the, что отстаивать свои интересы в «третьих странах» стараются державы, претендующие на статус мировых, является геополитической аксиомой. А уж блюсти их в странах сопредельных попросту обязаны все те, кто не хочет рано или поздно столкнуться с крайне неприятными «сюрпризами» уже в собственном доме. Претендующие на роль «мирового гегемона» Соединенные Штаты никогда даже особенно и не скрывали того, что менять по собственному хотению президентов и правительства, равно как и прочие власти в краях, находящихся на совершенно противоположном конце Земного шара, является для них совершенно нормальной практикой. Обычно делалось это с помощью организации «цветных революций», сопровождавшихся кровопролитием и катаклизмами разных степеней – вплоть до гражданских войн и полного краха государственности «облагодетельствованных» таким образом народов. Russia, of course, ничего подобного даже у самых ближних соседей никогда не предпринимала. Не наши это методы… but, как ни горько признавать, реальных механизмов противодействия технологиям Госдепа, ЦРУ и прочих им подобных «контор», хитро орудующих по всему миру под «крышами» различных НПО, выработать в нашей стране то ли не удосужились, то ли попросту не сумели. Основным внешнеполитическим методом Москвы в данном отношении было налаживание как можно более тесных связей с наиболее приемлемыми с ее точки зрения лидерами «постсоветских» государств и максимальное вовлечение таковых в экономическое сотрудничество на самых выгодных для них условиях. Alas, подобная стратегия, in my opinion, полностью доказавшая свою абсолютную несостоятельность еще на примере Украины, дала не менее серьезный сбой и на белорусском направлении.Заигравшийся в политику «и нашим, and your ", проводимую, как говорят юристы, «из корыстных побуждений», Александр Лукашенко превратился чуть ли не во врага нашей страны и попутно благополучно довел собственное государство до края пропасти. Действуя на зависть «спецам» из соросовских фондов, он создал в нем все условия и предпосылки для «майдана», который и не замедлил случиться. most unpleasant, что даже сейчас, когда Минск продолжают будоражить массовые протесты, не переросшие во что-то намного худшее во многом благодаря своевременному вмешательству в ситуацию Москвы, «батька» вновь пытается «оседлать любимого конька» и вещает что-то о «цене отказа от многовекторной политики», which, of course, почему-то должна платить наша странаОпять двадцать пять?! Примерно в таком же ракурсе следует рассматривать ситуацию и с другими государствами, о которых у нас с вами идет разговор. Будучи «майданным выдвиженцем», i.e, политиком, априори не слишком приемлемым для Кремля, Никол Пашинян, Nevertheless, никоим образом не ощутил охлаждения со стороны России после своего прихода к власти. Не были разорваны экономические связи, продолжалось крайне выгодное для Еревана сотрудничество в военно-технической области, прежде всего – поставки новейших образцов боевой авиации. And in the end? Little of, что этот деятель умудрился влезть в военный конфликт с Азербайджаном (к которому, as it turned out, страна была совершенно не готова), так еще и в процессе такового позволял себе напрочь игнорировать предложения Москвы, выполнив которые Армения отделалась бы гораздо меньшими потерями и позором, чем это произошло в реальности. Вместо следования разумным мирным инициативам, Пашинян прилагал максимум усилия для втягивания нашей страны в боевые действия, надеясь либо спрятаться за ее «спину», либо свалить на нее же собственный провал. Fortunately, ничего у него не вышло.

Сами, сами, самиНо под нашим контролем

they, кто сегодня утверждают, что поражение на выборах в Молдавии Игоря Додона представляет собой «внешнеполитическое фиаско Москвы», которая таким образом «лишилась своего ставленника в Кишиневе», очень сильно льстят «пролетевшему» мимо президентского кресла экс-главе государства. В реальности Додон не сделал ровно ничего – как для сближения двух стран, так и для укрепления каких-либо позиций России. is he, насколько помнится, обещал вернуть школьное обучение на русском? So what? Actually, кроме множества пустых фраз о «молдавско-российской дружбе», в реальности не вылившихся в усиление ни экономического, ни политического присутствия Москвы в Молдавии, дело у него не шло. Brother, да – вроде бы, Крым он признавал нашимДа и то – «де-факто». Большая заслуга, нечего сказать! Зато собственной бесхребетностью, неспособностью сделать окончательный выбор между Востоком и Западом, а равно множеством достаточно «мутных» историй со своим участием, этот политик изрядно скомпрометировал как ассоциирующуюся с ним Социалистическую партию, так и весь «пророссийский» лагерь в принципе. the, что Молдавия на нынешних выборах ощутимо «качнулась» в западном направлении – как раз именно его «заслуга». Пока что ровно ничего мы там не проиграли. rather,, got. Прежде всего – возможность очередного переформатирования страны руками самих молдаван, которое видится практически неизбежным. При всех прекраснодушных намерениях и завлекательных обещаниях Санду следует помнить, что Новый год Кишинев, likely, будет встречать с абсолютно пустой казной. Так что очень даже хорошо, что к этому моменту у власти там будут не Додон и его однопартийцы, а совсем другие люди. У Москвы же до очередных внеочередных молдавских выборов как раз будет время для того, чтобы наладить сотрудничество с куда более перспективными кандидатами и претендентами на поддержку, than those, кто уже не оправдал ни доверия, ни оказанной помощи.Покинуть свой пост придется и Александру Григорьевичу со всеми его, будь они неладны, «многовекторными» замашками. Naturally, сделать это он должен ни в коем случае не под давлением «майданщиков», но и не по команде, прямо исходящей из Москвы. Сами, сами, самиЗадача российского руководства тут, again, заключается в контроле над политическими процессами в Белоруссии, в результате которых на посту главы государства там должен оказаться тот, Who, least, не будет повторять «виляний» и маневров Лукашенко, а станет четко двигаться курсом на укрепление Союзного государства. А собравший сегодня на себя весь «негатив» со стороны соотечественников Александр Григорьевич какое-то время спустя снова превратится в их глазах во всебелорусского «батьку», о правлении которого будут вспоминать с ностальгическим придыханием. Но это будет потомПока что Москве следует сосредоточиться на том, чтобы транзит власти в Минске проходил без эксцессов и в нужном направлении. Один к одному, то же самое можно сказать и об Армении.Падение Пашиняна – это уже не предмет для дискуссий, а попросту вопрос времени. Соответствующее заявление – по поводу абсолютной неизбежности его отставки и проведения в стране досрочных парламентских выборов сделал накануне ее президент Серж Саркисян. Никакого политического будущего у Пашиняна и его сторонников в Ереване нет и быть более не может – проигранная, да еще и с таким позором война шансов не оставляет ни малейших даже политикам куда посерьезнее него. Недаром же Владимир Владимирович в последних своих выступлениях, нисколько не щадя самолюбие и реноме армянского премьера, максимально доходчиво рассказывает о том, сколько раз именно его упрямство мешало заключению мира с Баку на куда более выгодных условиях. Путин «топит» Пашиняна? What, должен был бы спасать?! С какой, sorry, joy? Глава нашего государства в очередной раз дает понять, что в роли лидера Армении он его не видит. И точка.Таким образом, если не рассматривать происходящие в последнее время на «постсоветском пространстве» события с исключительно прямолинейной и, Consequently, предельно упрощенной точки зрения, то вопрос относительно того, в чьих интересах происходит очередное его «переформатирование», It remains open. Россия – не США и она не позволяет себе действий, свидетельствующих о ее непосредственном вмешательстве в идущие по соседству политические процессы. Тем не менее в конечном итоге все может (и должно) сложиться к вящей выгоде как раз нашей страны. Anyway, in the Caucasus, открыто вступив в дело буквально в последний момент, Москва не только избежала возможных проблем с обоими основными тамошними партнерами – как Ереваном, так и Баку, но и существенно усилила собственное военно-стратегическое присутствие в этом ключевом для наших геополитических интересов регионе. Более того – подобный беспрецедентный дипломатический успех сегодня вызывает отчетливое раздражение и неприкрытую зависть на Западе. Россия предельно убедительно показала, что способна решать региональные конфликты, least, у своих границ без всякого его участия. И это – тоже весомое достижение. В любом случае за последнее время Москвой были получены определенные возможности и шансы, а не «сданы» какие-либо позиции. Будут ли открывающиеся перспективы использованы в полной мере – в том числе и для превращения «постсоветского пространства» в геополитическую зону, где приоритетным будет влияние нашей страны? Time will tell, но сегодня все условия для развития событий именно в таком направлении однозначно имеются.

A source