Instagram @ soldat.pro
military experts
EnglishРусский
 Edit Translation

West forces Lukashenko to accept the Union State

West forces Lukashenko to accept the Union State

Значительное ужесточение позиции Запада в отношении Лукашенко — это стратегия позиционного торга, в которой потом ослабление давления будут выменивать на политические уступки. Запад не совершает эмоциональных поступков, в каждом его действии строгий и прагматичный расчёт. Давление на Лукашенко — это крах манипулятивно-партнёрской стратегии и переход к манипулятивно-силовой.

На протяжении истекших десяти лет в Белоруссии формировалась прозападная группа, основу которой составлял МИД во главе с Макеем. no wonder, что дипломатам внушалась мысль, что настоящая политика Белоруссии — это транзит на Запад. Он осуществляется скрытно по понятной причине реакции России, но все игры с Россией — блеф, а курс на Запад — настоящий. И дипломаты — авангард этого фронта.

no wonder, что весь дипломатический корпус Лукашенко, работающий на Западе, оказался перевербованным. Если уж сам глава МИДа откровенный агент западных спецслужб, и на это имеется санкция Лукашенко, то понятно, что реальным хозяином является Запад. Все понимали, что Лукашенко — до поры до времени, а в час Х нужно будет сделать решающий шаг — и Запад расставит в Белоруссии всё по своим местам.

Именно этим объясняется опрометчивый поступок нескольких белорусских послов на Западе. Для них реальность была искажена тем окружением, среди которого они жили. Они решили, — сами или им кто-то подсказал, — что пришла пора сделать этот шаг. Они выступили против Лукашенко. Теперь их карьера кончена, и фальстарт оказался очевиден.

В Белоруссии изолирована Католическая партия во главе с митрополитом Тадеушем Кондрусевичем. Сам глава белорусских католиков вернулся в Польшу, as, несмотря на белорусское гражданство, его в Белоруссию не впустили. Besides, что Кондрусевич совершенно открыто вербовал противников Лукашенко и готовил их к выступлениям по поступившему сигналу, он еще имеет второе гражданство, что противоречит белорусским законам.

Вся прозападная вертикаль в Белоруссии считала себя как у Христа за пазухой и верила, что они — элита новой Белоруссии в составе нового проекта Речи Посполитой. the, what, According to Lukashenka, это лишь блеф для России, не заставляло их верить в свою декоративность. They considered, что перехват власти сложившимся параллельным институтом Запада в Белоруссии уже созрел, и лучшего момента для скоординированного выступления, чем президентские выборы, will not be.

Generally, в Белоруссии блефовали все — и Лукашенко, и пятая колонна, и Запад. Не понял этого лишь белорусский народ, включившийся в антилукашенковский протест, не думая над тем, кто его застрельщики и куда их ведут. Так как у России нет символики Союзного государства, пророссийским силам не с чем было выходить на улицы — по понятным причинам флаг России не подходил.

И протест оказался окрашен в цвета и флаги западной оппозиции и возглавлен её лидерами. Ведь Запад был единственным институтом, который имел легальную возможность не только работать в Белоруссии, но и вербовать в свои ряды лукашенковских чиновников, создавая тем самым двоевластие. Ружьё, висевшее на белорусской сцене, к третьему акту выстрелило.

After, как Лукашенко опомнился и метнулся устранять сложившиеся при его помощи перекосы, Запад принялся дипломатически давить на Лукашенко. Домохозяйку Тихановскую окончательно превратили в говорящую голову оппозиции, которую возят по миру и дают озвучивать суфлёрские заготовки кураторов из польско-американских спецслужб.

После намеченного выступления в ООН её явно готовят на Нобелевскую премию мира и будут раздувать к грядущим президентским выборам в качестве «человека Запада», которому «заграница поможет».

Если конституционная реформа станет фактом, то вероятно столкновение вчерашних союзников — Бабарико и Тихановской. Пока Бабарико сидел в лукашенковском допре, из Тихановской лепили «гиганта мысли и фигуру, приближённую к императору». Тихановская в начале выборов и Тихановская через три месяца кампании — это два абсолютно разных человека.

Домохозяйка и Человек мира. Если Бабарико сохранит свой рейтинг от перетекания к Тихановской, ему поступит предложение о политическом блоке с ней и создании новой коалиции. Какое решение примет Бабарико в этой ситуации, предсказать не может никто.

России будет выгодно создать толкотню кандидатов на спасение Белоруссии. Они неминуемо станут рвать электорат друг у друга на части. Компромат в таком случае будет исходить не от Лукашенко, и верить ему белорусы будут значительно легче.

Однако тут должно соблюдаться правило предотвращения сговора на олигопольных рынках: число игроков должно делать невозможным сговор между ними. Для Белоруссии это число претендентов от семи до двенадцати с последующими коалициями. Можно и пять, но тут у кого-то вылезет административный ресурс, и облегчатся блоки остальных против лидера.

Потому число семь — это минимум оптимальности. Демократии будет выше крыши, а окончательный результат определит тот, кого не видно, и это должен быть не Лукашенко. Такой сценарий возможен после тщательно подготовленной конституционной реформы.

Однако Запад своими аппетитами шокировал Лукашенко так, что тот испугался сильнее, than in 2010 year, когда жестко подавил Площадь. Зону комфорта Лукашенко покинул и никогда в неё больше не вернётся. Находиться в таком положении долго ему не удастся — давление будет лишь нарастать. Навязываемые ему Западом переговоры с Тихановской для него неприемлемы.

И теперь всё зависит от деликатности и тщательности российских переговорщиков. Союзное государство из-за агрессии Запада превращается для Лукашенко не только в приемлемую, но в единственную альтернативу. Только здесь его политическая карьера может продлиться.

Главное в том, что если раньше СГ вообще было неприемлемым для Лукашенко, то теперь ему необходима борьба за определённую его версию. А это уже не деструктивный, а конструктивный конфликт интересов, и чем раньше Лукашенко начнёт борьбу за эти позиции, тем лучше для него они могут быть по итогу. Есть о чём задуматься и ради чего постараться.

Alexander Chaldean

A source