Instagram @
military experts
 Edit Translation

Tripwire - troubled Russian hitman "Poseidon"

Tripwire – bad Russian hitman «Poseidon»

Mindful of the negative consequences of the torpedo crisis of the first half of the Second World, It has a weight to malfunctions and faulty torpedo moves (consequently saving on tests in the late 1920's - early 1930's), after the US Navy War rigidly posed the question about the need to test all the new torpedoes and countermeasures to them.

As a result, since the beginning of the 50s carried out large-scale fleet, by our standards, a series of tests and research exercises using practical torpedoes - up to the hit to the body of conventional submarines (eg, at 1959 year - up to 6-7 attacks by torpedoes Mk37 and Mk44 and hits per day (!) on the submarine "Albacore") - and countermeasures.

It is on the basis of the teachings of the US Navy command had decided to stop the construction of diesel-powered submarines (PL). Besides, Americans have developed effective tactics "duels" nuclear submarines (PLA), providing deviation even when a sudden attack first of our submarine and "gap distance", followed by execution of our submarine at a safe distance for remote-controlled submarines torpedoes. A key role in this process belonged to the means of sonar countermeasures (SGPD), factor which adversary raised even higher low noise factor submarine.


Along with the GSPC since the beginning of the 60s the US Navy carried out the work on the active agent torpedo protection, ensuring the destruction of the attacking torpedoes. Declassified materials show US Navy, that in the 60 years they have some very interesting results were obtained, but insufficient technological level of the time, and most importantly - highly effective against the GSPC first generations of torpedoes before the start of the 90s did not require such a complex in the creation of remedies, how antitorpeda.

The situation changed dramatically with the advent of efficient classifiers GSPC and especially with the transition homing systems (CCH) torpedoes in the fully digital processing, that has allowed to drastically reduce the level of "side lobes" and increase the immunity of the GSPC. A further factor was Soviet anti torpedoes, having guidance channel on the wake target, against which GSPC had limited effectiveness. Despite the fact that the US Navy had developed a number of effective ways to counter (complex torpedo zigzags et al.), the problem of protection against them have not gone anywhere. Especially - in the case of dalnohodnyh torpedoes caliber 65 cm.

The first approach to the issue of equipping antitorpedami US Navy ship was an attempt to modernize the serial torpedoes Mk46 Mk46 Mod.7 in option. planned upgrade 172 torpedo, but in the mid-90s the program was closed due to "lack of satisfactory test results". The question was not only and not so much in antitorpede, but in the complex issues of detection - destruction - destruction of attacking torpedoes. An attempt to solve it by rapid alterations "on the knee» Mk46 failed. However, it is worth noting the intensity and scope of the tests in the United States Navy, even in this unfortunate series was held over 30 sea ​​trials antitorped.


In the late 90-ies of the centers of surface and submarine warfare, the US Navy and the Laboratory of the University of Pennsylvania has been deployed a large-scale program to create new means of torpedo protection in order to preserve the benefits of the submarine and US Navy ships over the enemy and solve a number of new tasks. A limited amount of article does not allow to describe all the vicissitudes of American developers (especially since the open materials, obviously, seriously censored), it is therefore appropriate to identify key moments and events program, which, apparently, It was not easy.

In the first comprehensive publication on the subject, published in 2007 year and dedicated to testing topside modifications of complex Torpedo Defense System (TDS) AN / WSQ-11 antitorpedami Tripwire aboard the amphibious assault ship "Cleveland" (from 2006 of the year), developers clearly were felt emotions. So, руководитель разработки Бок заявил: «Это оглушительный успех! Мы планируем достичь первоначальной оперативной готовности… в 2012 финансовом году». Then he led the modernization program of four SSBNs type "Ohio" in the version of the special purpose vehicle and cruise missiles, as well as the head of the program AN / WSQ-11 / Tripwire / SSTD he was replaced by Mr. Howard.

Interesting is the question of financing of works on the subject. These documents Navy and Congress figures raise a number of questions and, apparently, significantly below actual. In one of the publications I had a phrase: "Bock declined to discuss funding for antitorpedy".

Tripwire – bad Russian hitman «Poseidon»

Despite a number of "commercial" solutions, embedded in antitorpedu (eg, electronic sensor fuse with the price of the order 400 dollars), obviously, that the development was a very costly, and the key issue here - antitorpedy power plant and the high cost of its mining (and the whole complex AN / WSQ-11 / SSTD too).

Главной особенностью антиторпеды Tripwire и сверхмалой торпеды на ее базе является использование мощной глубоководной энергоустановки с турбиной замкнутого цикла Ренкина, где энергия получается за счет реакции лития и гексафторида серы. Впервые данные по такой энергоустановке были описаны в патенте США в 1962 year (and further 1965 and 1967 years). В серии эта установка была внедрена ВМС США в малогабаритной торпеде Mk50.

Key benefits of the power plant - the lack of power, depending on the depth and very high power density (a pair of energy intensity of the lithium - sulfur hexafluoride 4 раза превышает энергоемкость обычного торпедного унитарного топлива ОТТО-2).

Аналогичные разработки – с турбиной замкнутого цикла – велись и в СССР, but the creation of "Tapir" torpedo with it because of a number of technical and organizational problems have been terminated 1987 It was in favor of "Physics" with power plant on the monopropellant. According to the author, the key is our mistake for "Tapir" was performed in 1976 year, when it became apparent, that successful experiments checkers small-diameter slow-burning fuels with high energy technology can not be repeated on a large diameter checker (to torpedo caliber 53 cm). The developer was forced to move to the "multilateral" scheme, fast-fuel. Unfortunately, the possibility of creating a small caliber torpedoes with slow-burning fuel we have not seen, which is a pity - with PRS APR-2 torpedo could she for a long time to be the best small-sized torpedo in the world ...

In the US, small-sized torpedo Mk50 has been successfully created, admitted to the Navy ammunition, but in the late 1990s - early 2000s, it was taken out of ammunition and operation due to the high cost of the practice torpedo firing it.

В антиторпеде сложнейшая по схеме энергоустановка Mk50 (caliber 32 cm) была размещена в корпусе крайне малого диаметра (17 cm). The obvious conclusion from this - the presence of the US Navy's stringent requirements for developers to ensure the destruction of high-speed objects at greater depths along with conventional torpedoes, применяемыми на глубинах до нескольких сотен метров. Версия о том, что такой выбор энергоустановки был «просто ошибкой разработчиков», uncertain, because at the same time, the US Navy sent Mk50 torpedoes warehouses (operating cost!), so, to use expensive and complex power generation in a new design (and requiring large statistical tests), We must have been very good reasons. Especially given that the result could well be produced on conventional fuels. С большой вероятностью причина была в требованиях по глубине применения (targeted goals) – более километра. Причем требования по глубине стояли настолько жестко, that developers were forced to make a very difficult decision to limit the diameter of the housing and the choice is extremely unfavorable for maneuverability antitorpedy ratio length / diameter.

Of interest is a comparison of the weight and dimensional characteristics of several types antitorped (cm. Table.).

obviously, Tripwire that mass is close to that of SeaSpider (cm. "European fiasco" sea spider ", «HBO» from 31.01.19), однако в отличие от серьезных проблем у последней американская торпеда успешно прошла испытания и принята ВМС за счет мощной энергосиловой установки, almost an order of magnitude superior to a simple solid-propellant rocket motor at SeaSpider. However obvious much higher maneuverability SeaSpider - due to the optimal ratio length / diameter, which, but, Limited applicability to great depths, because it requires a significant increase in thickness and weight of the housing and addressing efficiency light warhead rugged. With this in mind, the Canadian Navy for himself made a choice in favor of development in cooperation with the German project SeaSpider, rather than purchase in the US Tripwire.

Tripwire data on speed are not given, but they can be considered as 60 knots or more, что обеспечивает поражение целей со скоростями до 100–120 узлов при условии точного целеуказания и вывода антиторпеды с острых курсовых углов цели, а дальность может быть оценена в 2–3 км.

This issue must be emphasized particularly, as the maneuverability requirements for torpedoes at the American developers have traditionally been very harsh (in domestic special publications called them "exaggerated"), but in the case of Tripwire is an obvious exchange 'maneuverability in depth ". Moreover, with high probability significantly greater than that for torpedoes Mk50 (just over a kilometer).

Furthermore, this feature Tripwire greatly limits the likelihood of defeat conventional torpedoes, and on this indicator loses Tripwire uniquely has formally lower TTX antitorpede M15E national complex "Bag-E". The bottom line is, that guidance antitorpedy important distance to the target, ie sonar, and here the limiting factor is the physics - the speed of sound in water. С учетом дальности захвата атакующей торпеды (no more 300 м с учетом размеров антенны Tripwire) для коррекции ошибок наведения и обеспечения поражения скоростного малоразмерного объекта боевой частью малого веса имеется крайне ограниченное количество циклов «посылка гидролокатора – прием эха – коррекция наведения», here and maneuverability for antitorpedy crucial.

A particularly acute problem in the surface layer, which is why in addition to Tripwire US Navy is working hard to supercavitating projectiles, that is the most difficult to antitorped layer 10-25 m trying to close the artillery (!).

Note, что ВМС США уже имели развитую программу создания глубоководных боевых средств и ПЛ. Furthermore, до начала 70-х годов они значительно опережали нас (eg, исследовательские стрельбы в 1969 year model sample special deep submarine torpedo towing "Dolphin" with its output to a depth considerably 1 km). The Vietnam War led to a serious redistribution of funds in the US Armed Forces, and deep-sea Navy plans have gone under "Financial knife". Но новые условия поставили вопрос по боевым специальным глубоководным средствам жестко.

К первоначальным особенностям комплекса SSTD следует отнести высокие требования по количеству атакующих торпед (no less 4) и интеграцию средств обнаружения – подавления (отвлечения) – уничтожения. При этом обычные буксируемые торпедные ловушки должны были быть дополнены выстреливаемыми дрейфующими и самоходными приборами помех. Однако в процессе разработки самоходные приборы «потерялись», а эффективность дрейфующих и буксируемых против современных торпед заведомо недостаточна.

Помимо надводных носителей применение антиторпед и сверхмалых торпед Tripwire в ВМС США предполагалось с подводных (включая автономные необитаемые подводные аппараты) и авиационных носителей. При этом для размещения на ПЛА планировались штатные забортные пусковые установки CSA-1 (16 штук на модернизованных ПЛА типа «Лос-Анджелес» и 14 – на новых «Вирджиниях»). Здесь уместно сравнение с отечественными атомоходами. На листовке Минобороны РФ по проекту «Борей-А», представленной на форуме «Армия-2015», в боекомплекте ракетоносца проекта 955А было заявлено 6 антиторпед «Ласта». obviously, что это крайне мало и может обеспечить защиту только от 1–2 атак противника. Боекомплект антиторпед наших ПЛ необходимо увеличивать, и они должны быть на всех наших ПЛ.


На последующие работы по SSTD большое влияние оказало торпедирование северокорейской подлодкой корвета «Чхонан» южнокорейских ВМС в марте 2010 of the year. Командование 5-го флота США, в зону ответственности которого входит регион Персидского залива и Индийского океана, потребовало экстренного оснащения комплексами ПТЗ наиболее ценных своих кораблей – авианосцев. И если изначально приоритет оснащения SSTD должен был принадлежать «эскортникам», то новое решение о первоочередной установке SSTD на авианосцы ввиду специфики объекта защиты, высокого уровня помех и провала в 2011 году с разработкой активного гидролокатора целеуказания поставило разработчиков в крайне сложные условия.

Первые стрельбы антиторпед с авианосца «Джордж Буш» были проведены 15–19 мая 2013 of the year, and in November 2013 года – повторные. При этом применялись как антиторпеды со штатной мощной тепловой энергоустановкой, так и ее «электрический вариант» (целесообразность применения которого вызывает большие сомнения).

Однако первоначальные оптимистичные оценки эффективности SSTD по результатам испытаний, проведенных в крайне «льготных» условиях, уже к началу 2014 года сменились на критические (плюс было официально объявлено об отказе от закупки антиторпед на период до 2016 of the year). Были обозначены следующие проблемные вопросы: реальная эффективность малой боевой части антиторпеды при фактическом применении с учетом ее недостаточной маневренности; высокий уровень помех от носителя и его кораблей охранения и проблемы из-за этого с обнаружением малошумных торпед в пассивном режиме; проблемы с активным буксируемым гидролокатором целеуказания; несоответствие имитаторов целей фактическим атакующим торпедам (как в части работы в приповерхностном слое, так и в части шумности).

Главное из всего этого – очевидные проблемы с поражением торпед в приповерхностном слое ввиду недостаточной маневренности антиторпеды и мощности ее боевой части. It should be noted, what, несмотря на то что эти проблемы были отмечены в отчетах еще в 2013–2014 годах, до самого последнего момента ВМС США и разработчики фактически уклонялись от проведения объективных испытаний. Причем на боевую службу 2014 года «Джордж Буш» ушел с фактически небоеспособной SSTD и только пассивными средствами целеуказания, заведомо не обеспечивавшими эффективное применение антиторпед.

Тем временем испытания SSTD продолжались, in summer 2014 года были проведены первые стрельбы с обеспечением одновременного наведения двух антиторпед на одну цель, исследовались вопросы их обнаружения в сложных условиях. And in the end 2014 года начались морские испытания новой активной станции целеуказания. Однако проблемы с ее технической надежностью не были разрешены до самого последнего времени.

At the end 2014 года комплекс SSTD в половинной комплектации (полный вариант – 4 пусковые установки на 6 антиторпед каждая) и с активной станцией целеуказания (в дополнение к пассивной) был установлен на авианосец «Теодор Рузвельт». При этом в ходе испытаний в конце 2014 года с него применялись только «электрические» антиторпеды для практических стрельб, которые ни в коей мере не могли проверить реальную работоспособность и эффективность комплекса. На боевую службу 2015 года этот авианосец ушел также с неработоспособным комплексом SSTD.

С учетом проблем SSTD на «Теодоре Рузвельте» на третий авианосец, «Дуайт Эйзенхауэр», SSTD был установлен в «начальной комплектации» (без активной станции целеуказания), аналогично авианосцу «Джордж Буш». С учетом сомнительной эффективности комплекса и проблем с надежностью экипажами авианосцев буксируемые гидроакустические станции обнаружения торпед применялись редко, и необходимая статистка их применения получена не была.


According to test results 2015 года ВМС США отложили прием комплекса SSTD с 2018 on 2022 year. При этом был отмечен «существенный прогресс», особенно в части обнаружения торпед, но с «хорошо подготовленными операторами». Успех в части отработки самой антиторпеды, obviously, It was, но опять же – без проверки реальных условий и малых глубин (при этом статистика испытаний была традиционно высока для ВМС США, eg, только в июле 2016 of the year - 11 пусков антиторпед).

Note, что существует вероятность того, что задача на проведение испытаний в таких условиях ставилась, но как раз в это время в ходе испытаний резко «увеличились отказы» антиторпед и торпед-целей. Притом что в отчетах по результатам испытаний начали появляться фразы типа «испытания подрядчика показали, что система обнаружения соответствует техническим требованиям ВМС». То есть комплекс фактически небоеспособен, но «техническим требованиям» ВМС США его система обнаружения «соответствует». obviously, что это отклик серьезных конфликтов между разработчиками и ВМС США (тем более что с 2016 года ВМС США начали «резать финансирование» по теме).

just to 2018 году фактически небоеспособные комплексы SSTD успели получить пять авианосцев ВМС США.

«Рвануло» уже в Конгрессе США: «Возникающие проблемы и напряженность в Индо-Азиатско-Тихоокеанском регионе подчеркивают постоянную потребность в потенциале торпедной обороны надводных кораблей (SSTD). Комитет понимает, что ВМС подчеркнул это требование в заявлении о неотложных оперативных потребностях 2010 года и что с тех пор потенциальные региональные противники продолжали совершенствовать свои подводные лодки и торпедные средства. Несмотря на растущую угрозу… бюджетный запрос и программа будущих лет неадекватны… и отменяют дальнейшее развитие этой возможности SSTD. Комитет обеспокоен тем, что это решение основано на необходимости сбалансировать несколько лет недостаточного финансирования по целому ряду приоритетных направлений и что эта бюджетная динамика вынуждает принимать решения, которые ставят под угрозу боеготовность и безопасность США. Комитет по вооруженным силам Палаты представителей поручает министру ВМС представить «Оценку торпедных угроз, планы по разработке адекватных средств защиты, их характеристику и описание, оценку программы их развития в отношении каждого из элементов». В свете этих соображений комитет назначает 1 October 2018 года слушания по теме».

Итогом всех этих разборок стало подтверждение решения ВМС о приостановлении работ по комплексу SSTD с демонтажем уже установленных комплексов. При этом было указано: подсистема обнаружения продемонстрировала «некоторую способность» обнаруживать торпеды, но ее эффективность и вероятность ложных тревог неизвестны; антиторпеда продемонстрировала «некоторую способность» поразить атакующую торпеду, однако имеет «неизвестную надежность», а ее эффективность при поражении целей «так и не проверена».

Характерна фраза в конце документа: «Рекомендации: отсутствуют».

Decision, certainly, очень эмоциональное и вызванное как скандальностью, так и остротой и важностью вопроса, and it, probably, еще будет пересмотрено именно под углом проведения реально эффективных разработок средств противоторпедной защиты, в том числе с использованием положительной части задела программы SSTD. It should be noted, что глубоководный Tripwire имел проблемы не с поражением целей «вообще», а именно малоглубинных и маневренных, что прямо было связано с его глубоководностью.


В чем главная причина этого провала ВМС США, притом что были затрачены огромные и высокотехнологичные ресурсы и привлечены опытные и компетентные разработчики, а задача хоть и сложна, но решаема? Очевидная причина – руководство. Успех принципиально новых, прорывных программ в значительной мере определяется личностью их руководителя. В создании антиторпед безусловный приоритет принадлежит отечественным разработчикам. AT 1998 году в результате проводимых с конца 80-х годов научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ впервые в мире полным успехом увенчались испытания макетных образцов отечественных антиторпед (ГНПП «Регион», в настоящее время – в составе Корпорации «Тактическое ракетное вооружение»). Ключевая причина успеха создания в условиях суровых 90-х российской антиторпеды заключается не только в ее сильных и смелых разработчиках, но и в руководителе – главном конструкторе и генеральном директоре ГНПП «Регион» Е.С. Шахиджанове.

Ошибки в этой работе были (not wrong one, who do nothing), и шла она непросто. Но с самых первых шагов разработки были реально проверены в сложных морских условиях наиболее критичные составляющие перспективного комплекса и антиторпеды (it was 1998 year!). That is the, что ВМС США просто боялись провести все последние годы, несмотря на прессинг со стороны Конгресса, «команда Шахиджанова» провела сразу – на начальном этапе разработки. Here it should be noted competent and resolute stand of the customer - the then Head of the anti-Navy Rear Admiral VN. Panferova, not only the beginning of this breakthrough development in the extremely harsh conditions 90s, but also to ensure its organizational "research phase", which allowed the developer to carry out the necessary research studies and testing of prototypes, convincingly prove the reality of the work, check the key decisions. The problem is, that we repeated the next time only ... 2013 year. Antitorped we frankly scared.

obviously, In the United States for this development was not found "Shahidzhanova his" and "her Panferova". However, given the extremely tight asking questions torpedo protection and no less strict control of Congress in the necessary organizational measures will be taken in the US, и в начале 2020-х годов эффективные комплексы ПТЗ, имеющие в боекомплекте антиторпеды, на вооружение ВМС США все же поступят. Но с большой вероятностью можно сказать, что это будут уже не АТ Tripwire, а изделия, оптимизированные для эффективного поражения обычных торпед.

Перспектива самого Tripwire как антиторпеды (или сверхмалой торпеды) will directly depend on the development of deep-sea combat means United States opponents. Technological groundwork for this in the course of the program is created.

In this way, SSTD program can be estimated as a total failure in terms of the development work, but very serious scientific and technical potential as a research due to the large amount of research and testing. And the main lesson - a "role identity" in engineering and implementing large-scale breakthrough projects, for which it is the presence of his "Korolev" it is the key for success.

Maxim Klimov

Published: lentok Source

A source